Согласие, пассивность и феминисткий подход

Мне задали очень личный вопрос – как моя гендерквирность и “девочка внутри” соотносятся с феминизмом, который предполагает культуру согласия? Прекрасно соотносятся! (далее)

Почему на гуманитарных направлениях все такие обидчивые

Я часто слышу, что социологи и всякие там гендерные исследования – очень обидчивы и не понимают безобидных (на самом деле нет) шуток. Я хочу про это рассказать и заодно сравнить жизнь студентов-гуманитариев с жизнью физиков. (далее)

Лишь бы какой, но чтобы был секс

Вчера вечером беседовали с Оксаной Луцкой (беларуская феминистка, моя одногруппница в магистратуре ЕГУ) и в процессе озвучилась очень важная мысль, воспроизвожу цитату из нашей переписки с согласия собеседницы:

я: Сколько в последнее время в туалеты общественные не захожу – везде практически объявления на стенах вида “сосу, дрочу, номер телефона такой-то”. Но у нас никакого гомосексуализму нету, ни-ни-ни.

Оксана: Я в такие моменты вспоминаю статью о гомосексуальных тусовках Петербурга двадцатых, о квир-свадьбах и т.п.

я: Да если б… тут именно что самое днище, потому что такие связи на порядки рискованнее в плане передачи ВИЧ и прочих ЗППП

Оксана: Это да, но только в случае, если не считаешь, что “ВИЧ не существует это все выдумали враги”
Я вот думаю – это ж насколько люди-то непуганые, так палиться, и насколько отчаявшиеся…по чему? По сексу? По банальному физиологическому акту, который без эмоциональной близости в разы гаже и опаснее, чем игрушка?

Действительно – если бы дело было исключительно в удовлетворении физиологической потребности, выходом из ситуации была бы мастурбация. В случае с мужским телом нет особой необходимости даже в игрушках, а если вдруг чего-то этакого захочется, то за сотню евро можно набрать несколько весьма годных девайсов: гарантированно не заражающих ЗППП и доступных в комфортной обстановке в любое удобное время. Аргумент “ну секс же общение” тоже сложно принять: какое общение с незнакомым человеком в общественном туалете через дырку в стене? При наличии анонимных сервисов для знакомств или, для самых отвергающих свою гомосексуальность, PornHub-а с bluesystem-ом – пользоваться подобными сортирными контактами как-то совсем странно.

Собственно, я вижу только одну причину подобного поведения: железобетонная убеждённость в том, что “у мужчины должен быть секс” – та самая, которую разделяют геи и гетеросексуалы. Качество этого самого секса вкупе с субъектностью партнёра/рки тут дело десятое.

Почему нужно идти голосовать

Великая мыслительница XX века Ханна Арендт писала: “Мы имеем мир сообща”. “Ни один человек не может жить, не принадлежа к какой-либо общности”. Поэтому отказ быть видимым в рамках этой общности, быть видимым для других – это намеренный отказ от того, чтобы быть вообще. Это голая бесправная жизнь, состоящая из сна, еды и половых влечений. Человек, не осуществляющий свои политические права, еще человек биологически, но уже не личность. Для общества его нет.

Когда гея пытаются загнать в постель, отобрать у него право говорить от своего имени и имени своего сообщества (зачем парады, зачем публичные камин-ауты, зачем права), это именно оно. Низведение человека до голой жизни, рассчитаное на то, чтобы стереть его как личность и как политического субъекта в порошок.

Поэтому вдвойне обидно, ужасно, когда мы сами лишаем себя этой уникальной для нашей страны возможности.

Не ходить на выборы я считаю глупейшей позицией из всех возможных. Это не про политику в узком смысле, это про жизнь, про вашу жизнь, чуваки. Если это протест, то он смешон. Кто узнает о вашей позиции, если вы молчите? Правильно, никто.

из сообщества “Нетипичный тюлень”. А я как раз читаю Батлер про перфомативную теорию собраний и там она очень активно ссылается на Ханну Арендт и её рассуждения об общности.

Однополые браки обычной семье не угроза

Большой текст про то, почему легализация однополых браков – вовсе не угроза сложившемуся институту семьи (далее)

Гомофобия и нажива

История человечества полна грабежей, но обычно этот грабёж совершался неприкрыто, под угрозой или с применением насилия вплоть до убийства. Армии завоевателей просто захватывали себе имущество побеждённых противников. Империи, королевства и княжества имели свои механизмы, позволяющие правящим элитам собирать дань и наживать богатство за счёт подчинённого населения. Но в демократическом государстве легализовать грабёж большинства в угоду меньшинству возможно только тогда, когда большое число людей проголосует против своих интересов – и на протяжении нескольких десятилетий вопросы расы и секса были особенно надежными способами добиться этого.

“Угроза” однополых браков неоднократно была тем, что использовалось в качестве тактического приёма для того, чтобы мотивировать людей голосовать за политиков, действия которых оборачивались для многих проголосовавших увеличением нищеты, бедности и проблемами с медицинским обслуживанием. Манипулирование сексуальными страхами продолжает оставаться мощным средством политической и культурной легализации процесса систематической наживы.

— Гейл Рубин, Deviations.

“Красная пилюля” – перевод текста Амелии Тэйт про мужские мизогинные группы

Журналистка Амелия Тэйт (Amelia Tait) написала почти год назад для New Statesman большую статью, посвящённую мизогинным мужским группам в Reddit. Это очень нужный материал, который актуален и в России – поэтому я предлагаю свой перевод ниже. (далее)

Что такое хорошо и что такое плохо

По следам комментария Miroff написала немного про то, как я отличаю “хорошее” от “плохого”. Для тех, кто хочет чего-то более конкретного, будет скоро отдельный текст на другую тему. (далее)

Технооптимизм в России

Если посмотреть на ответы респондентов из России и ЕС на вопросы о готовности к принятию конкретных технологий, то впечатление, что россияне верят в технический прогресс, как версию мифа о рае на земле, только усиливается. На общие вопросы о науке и инновации россияне отвечают «оптимистично», однако внедрение конкретных технологий уже вызывает сомнения, что видно, например, из графика ниже. Условный научно-технический прогресс должен спасти мир, сделать жизнь лучше. Но в представлении многих россиян это, похоже, не имеет отношения к реальному появлению на дорогах беспилотных автомобилей или роботов-помощников в домах

“Чердак” опубликовал ещё один хороший, годный текст – статью Евгении Бересневой про технооптимизм в России. Рекомендую читать в паре с текстом Ильи Кукулина про New Age в СССР или хотя бы в паре с выжимкой оттуда.

Изменение поколений: небольшое, но интересное исследование

Ученые провели анкетирование, респондентами выступили 58 женщин, средний возраст которых составил 38 лет. Все они рассказали, опыт какой травмы обсуждался и переживался в их семье. Среди самых частых назывались Великая Отечественная война, бедность, отсутствие денег и голод. Также испытуемые рассказывали о том, какие напутствия давали им их родители и какие они сами транслируют своим детям. Полученные ответы изучались с помощью контент-анализа. Исследователи отмечают, что старшие поколения завещали детям не строить далеких планов, никому не доверять, особенно государству, полагаться в основном на себя, на свою семью и друзей и не показывать слабости и страха. Среди других рекомендаций были делать запасы пищи, тяжело трудиться и не сдаваться, а в случае опасности заботиться лишь о себе и своей семье. Честность и верность собственным убеждениям не упоминаются, нет и установок по поводу ценности профессии. «В опасном мире, где требуется выживать каждый день, не нужны ни длинная жизненная перспектива, ни этика поведения, ни профессиональные навыки, — комментируют авторы статьи. — В нем главное — выжить сейчас». Такое травмоцентричное сознание, как называют его авторы статьи, характерно и для старшего, и среднего поколения, но они долго воспроизводятся даже тогда, когда объективная ситуация поменялась. «Выживальщик в свою очередь создает культуру общества, то есть своим поведением в нем он и создает опасный мир», — пишут авторы. Однако среднее поколение смотрит на жизнь уже не столь пессимистично. Они рассчитывают, что жизнь их детей будет длиннее и благополучнее. Современные родители чаще говорят с детьми о надежде на лучшее будущее, внушают позитивный взгляд на мир, в их посланиях намного чаще слышны ценности верности, сострадания и честности

пересказ исследования “Чердаком” и, собственно, само исследование. Выборка, конечно, не очень большая – это небольшая, но, тем не менее, весьма интересная работа.