Технооптимизм в России

Если посмотреть на ответы респондентов из России и ЕС на вопросы о готовности к принятию конкретных технологий, то впечатление, что россияне верят в технический прогресс, как версию мифа о рае на земле, только усиливается. На общие вопросы о науке и инновации россияне отвечают «оптимистично», однако внедрение конкретных технологий уже вызывает сомнения, что видно, например, из графика ниже. Условный научно-технический прогресс должен спасти мир, сделать жизнь лучше. Но в представлении многих россиян это, похоже, не имеет отношения к реальному появлению на дорогах беспилотных автомобилей или роботов-помощников в домах

“Чердак” опубликовал ещё один хороший, годный текст – статью Евгении Бересневой про технооптимизм в России. Рекомендую читать в паре с текстом Ильи Кукулина про New Age в СССР или хотя бы в паре с выжимкой оттуда.

Изменение поколений: небольшое, но интересное исследование

Ученые провели анкетирование, респондентами выступили 58 женщин, средний возраст которых составил 38 лет. Все они рассказали, опыт какой травмы обсуждался и переживался в их семье. Среди самых частых назывались Великая Отечественная война, бедность, отсутствие денег и голод. Также испытуемые рассказывали о том, какие напутствия давали им их родители и какие они сами транслируют своим детям. Полученные ответы изучались с помощью контент-анализа. Исследователи отмечают, что старшие поколения завещали детям не строить далеких планов, никому не доверять, особенно государству, полагаться в основном на себя, на свою семью и друзей и не показывать слабости и страха. Среди других рекомендаций были делать запасы пищи, тяжело трудиться и не сдаваться, а в случае опасности заботиться лишь о себе и своей семье. Честность и верность собственным убеждениям не упоминаются, нет и установок по поводу ценности профессии. «В опасном мире, где требуется выживать каждый день, не нужны ни длинная жизненная перспектива, ни этика поведения, ни профессиональные навыки, — комментируют авторы статьи. — В нем главное — выжить сейчас». Такое травмоцентричное сознание, как называют его авторы статьи, характерно и для старшего, и среднего поколения, но они долго воспроизводятся даже тогда, когда объективная ситуация поменялась. «Выживальщик в свою очередь создает культуру общества, то есть своим поведением в нем он и создает опасный мир», — пишут авторы. Однако среднее поколение смотрит на жизнь уже не столь пессимистично. Они рассчитывают, что жизнь их детей будет длиннее и благополучнее. Современные родители чаще говорят с детьми о надежде на лучшее будущее, внушают позитивный взгляд на мир, в их посланиях намного чаще слышны ценности верности, сострадания и честности

пересказ исследования “Чердаком” и, собственно, само исследование. Выборка, конечно, не очень большая – это небольшая, но, тем не менее, весьма интересная работа.

Кулинарный снобизм как следствие особого взгляда на готовку

Некоторое время назад мне попалась крайне спорная статья в Houston Press. Её автор, Джеф Рунер (Jef Rouner), писал про то, что расхожее мнение “бедные люди питаются нездоровым фастфудом, поскольку слишком глупы, чтобы научиться готовить нормальную еду” в корне неверно. Не соглашаясь с ним фактологически, я, тем не менее, не могла пройти мимо феномена кулинарного снобизма. (далее)

“Антисоциальные последствия однополых браков” как эталонно плохая псевдонаучная статья

У меня сегодня эталонно плохая статья. В ней плохо всё – соответствие текста заголовку, фактология и аргументация. Итак – “Антисоциальные последствия однополых браков”, опубликовано в научном (!) журнале “Криминология: вчера, сегодня, завтра” в 2014 году. (далее)

Страх показаться “не мужчиной” и природоохранное поведение

Исследование американских экономистов показало, что мужчины избегают “зелёных” брендов потому, что подсознательно опасаются показаться недостаточно мужественными. (далее)

Как российские мужчины и женщины оценивают друг друга (почему это плохое исследование)

Елизавета Романова – одна из админок и постоянных авторок группы Equality – показала мне сегодня статью «Инфантильный и алчная: Как российские мужчины и женщины оценивают друг друга», написанную на основе некоего социологического исследования. Я открыла оригинал и просто не смогла пройти мимо, настолько там много уязвимых для критики мест. (далее)

New Age в “Технике молодёжи” и корни современной российской конспирологии

Компьютеры создавались в «шарашках», а в открытой области критерии «научности» оказались тотально идеологизированы и вообще предстали как совершенно манипулируемые. Ученых зато пытались мобилизовать и воодушевить разговорами о том, что, возможно, все было изобретено в России: самолет, подводная лодка, парашют, все. Последствия этой манипуляции и инструментализации научности мы пожинаем до сих пор.

Ситуация искусственного разделения науки, когда в вузах могли преподавать откровенно шарлатанские концепции, стала постепенно меняться после смерти Сталина. Начался прилив молодежи в вузы на сложные инженерные и физические специальности, которые были тогда окружены большой романтикой (о чем мы можем до сих пор судить по фильму «Девять дней одного года»). Области высоких технологий и фундаментальной науки воспринимались как максимально свободные от идеологического контроля. (…)

Центральная тема моей работы — какой проект знания, какой проект организации жизни научно-технические и научно-популярные журналы предлагали новой группе ИТР, которые хотели быть современными? (…) В середине 1960-х стали появляться статьи о всяких таинственных случаях, объединяемые спектром тем, которые мы сейчас называем new age. Парапсихология, излечение на расстоянии, кожное зрение, инопланетяне, палеоконтакт, китайская медицина и многое другое. Поразительным образом именно научно-технические и научно-популярные журналы стали главным органом распространения new age в Советском Союзе! (…) идеи new age использовались как способ демпфировать, амортизировать постоянное психологическое напряжение, вызванное контрастом между очень интенсивным развитием науки на нескольких участках, которые в СССР поощрялись и дозволялись, и очень статичным общественным устройством. Скорее даже так: советское общество быстро менялось, но, в отличие от западных стран, в СССР фактически была невозможна открытая дискуссия по общественным вопросам. Развитие страны постоянно вызывало у людей страх: страна меняется, но неясно, насколько это зависит от прихоти первого лица, насколько от «схватки бульдогов под ковром», насколько от каких-то скрытых экономических процессов…

Ощущение, что на самом деле «все таинственно», позволяло демпфировать возникающее у любого более-менее думающего человека другое ощущение — очень большого зазора между общей иррациональностью общественного развития и рациональностью действий инженеров, физиков, математиков и других профессионалов на своем рабочем месте.

— Я правильно вас понимаю, что выход был такой: это не политическая реальность таинственна, это вся реальность вообще таинственна?

— Именно так.

Илья Кукулин, Историк культуры, “Неизбежность странного мира: почему new age и оккультизм очаровали советскую интеллигенцию”.

Рекомендую перейти по ссылке и прочитать целиком, это очень большое (возможно – слишком большое) по охвату разных идей интервью с исследователем.

Японские домохозяйки: времена поменялись

На этой неделе я писала про то, что изменения гендерных ролей носят структурный характер и вернуться назад к “традиционной модели” уже не получится в силу целого ряда причин. Вот свежая тому иллюстрация из статьи Ольги Волковой для Forbes:

Недостаток рабочей силы в Японии достиг максимальной отметки за 43 года. Чтобы справиться с дефицитом персонала, японские компании нацелились на привлечение в ряды своих работников домохозяек.

В начале сентября 2017 года японский McDonald’s объявил о запуске двухмесячной программы найма, направленной на привлечение к работе домохозяек. Идея в следующем: потенциальные работники, которые переживают по поводу возвращения на рынок труда после долгого перерыва, смогут принять участие в получасовой пробной сессии в различных подразделениях фастфуд-гиганта по всей стране.

Другая сеть кафе в Японии, Pronto, на своем сайте подчеркивает, что с радостью примет на работу ведущих домашнее хозяйство мужчин и женщин. (…)

По данным Всемирного банка, показатель участия женщин в рабочей силе в Японии не изменился с 1990 года в лучшую сторону. Тогда он составлял 54,5% в 2016 году – 50,3% (оценка Всемирной организации труда).  Привлечение женщин на рынок труда также входит в экономическую программу Синдзо Абе: с момент его вступления в должность правительство, например, расширило программу господдержки дневного ухода за детьми и ограничило объем возможных переработок, чтобы создать лучшие условия в том числе для работающих женщин. И участие женщин в возрасте 15-64 лет за время правления Абе увеличивалось на 1 процентный пункт в год, приводил цифры Quartz – особенно этот рост коснулся женщин в возрастной группе от 55 до 64 лет. При этом Япония по состоянию на 2015 год оставалась страной с самым высоким, после Южной Кореи, разрывом в заработной плате мужчин и женщин среди стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) – 25,7% (в Корее – 37,2%).

То есть даже “традиционная” (ну, с рядом оговорок) Япония пришла к тому, что женщин, занятых в оплачиваемом труде, должно быть больше половины. Подчеркну – там уже была ситуация, когда работала каждая вторая, и это оказалось уже невыгодно с точки зрения экономики.

Запрет “пропаганды нетрадиционных отношений”: почему это провал с самого начала

Недавно в отношении самарской активистки Евдокии Романовой возбудили дело о “пропаганде нетрадиционных отношений”. Однако сам запрет “пропаганды” – один большой фейл, причём как в силу частностей, так и по фундаментальным причинам: сегодня мы поговорим про последние подробнее. (далее)