Как российские мужчины и женщины оценивают друг друга (почему это плохое исследование)

Елизавета Романова – одна из админок и постоянных авторок группы Equality – показала мне сегодня статью «Инфантильный и алчная: Как российские мужчины и женщины оценивают друг друга», написанную на основе некоего социологического исследования. Я открыла оригинал и просто не смогла пройти мимо, настолько там много уязвимых для критики мест. (далее)

New Age в “Технике молодёжи” и корни современной российской конспирологии

Компьютеры создавались в «шарашках», а в открытой области критерии «научности» оказались тотально идеологизированы и вообще предстали как совершенно манипулируемые. Ученых зато пытались мобилизовать и воодушевить разговорами о том, что, возможно, все было изобретено в России: самолет, подводная лодка, парашют, все. Последствия этой манипуляции и инструментализации научности мы пожинаем до сих пор.

Ситуация искусственного разделения науки, когда в вузах могли преподавать откровенно шарлатанские концепции, стала постепенно меняться после смерти Сталина. Начался прилив молодежи в вузы на сложные инженерные и физические специальности, которые были тогда окружены большой романтикой (о чем мы можем до сих пор судить по фильму «Девять дней одного года»). Области высоких технологий и фундаментальной науки воспринимались как максимально свободные от идеологического контроля. (…)

Центральная тема моей работы — какой проект знания, какой проект организации жизни научно-технические и научно-популярные журналы предлагали новой группе ИТР, которые хотели быть современными? (…) В середине 1960-х стали появляться статьи о всяких таинственных случаях, объединяемые спектром тем, которые мы сейчас называем new age. Парапсихология, излечение на расстоянии, кожное зрение, инопланетяне, палеоконтакт, китайская медицина и многое другое. Поразительным образом именно научно-технические и научно-популярные журналы стали главным органом распространения new age в Советском Союзе! (…) идеи new age использовались как способ демпфировать, амортизировать постоянное психологическое напряжение, вызванное контрастом между очень интенсивным развитием науки на нескольких участках, которые в СССР поощрялись и дозволялись, и очень статичным общественным устройством. Скорее даже так: советское общество быстро менялось, но, в отличие от западных стран, в СССР фактически была невозможна открытая дискуссия по общественным вопросам. Развитие страны постоянно вызывало у людей страх: страна меняется, но неясно, насколько это зависит от прихоти первого лица, насколько от «схватки бульдогов под ковром», насколько от каких-то скрытых экономических процессов…

Ощущение, что на самом деле «все таинственно», позволяло демпфировать возникающее у любого более-менее думающего человека другое ощущение — очень большого зазора между общей иррациональностью общественного развития и рациональностью действий инженеров, физиков, математиков и других профессионалов на своем рабочем месте.

— Я правильно вас понимаю, что выход был такой: это не политическая реальность таинственна, это вся реальность вообще таинственна?

— Именно так.

Илья Кукулин, Историк культуры, “Неизбежность странного мира: почему new age и оккультизм очаровали советскую интеллигенцию”.

Рекомендую перейти по ссылке и прочитать целиком, это очень большое (возможно – слишком большое) по охвату разных идей интервью с исследователем.

Японские домохозяйки: времена поменялись

На этой неделе я писала про то, что изменения гендерных ролей носят структурный характер и вернуться назад к “традиционной модели” уже не получится в силу целого ряда причин. Вот свежая тому иллюстрация из статьи Ольги Волковой для Forbes:

Недостаток рабочей силы в Японии достиг максимальной отметки за 43 года. Чтобы справиться с дефицитом персонала, японские компании нацелились на привлечение в ряды своих работников домохозяек.

В начале сентября 2017 года японский McDonald’s объявил о запуске двухмесячной программы найма, направленной на привлечение к работе домохозяек. Идея в следующем: потенциальные работники, которые переживают по поводу возвращения на рынок труда после долгого перерыва, смогут принять участие в получасовой пробной сессии в различных подразделениях фастфуд-гиганта по всей стране.

Другая сеть кафе в Японии, Pronto, на своем сайте подчеркивает, что с радостью примет на работу ведущих домашнее хозяйство мужчин и женщин. (…)

По данным Всемирного банка, показатель участия женщин в рабочей силе в Японии не изменился с 1990 года в лучшую сторону. Тогда он составлял 54,5% в 2016 году – 50,3% (оценка Всемирной организации труда).  Привлечение женщин на рынок труда также входит в экономическую программу Синдзо Абе: с момент его вступления в должность правительство, например, расширило программу господдержки дневного ухода за детьми и ограничило объем возможных переработок, чтобы создать лучшие условия в том числе для работающих женщин. И участие женщин в возрасте 15-64 лет за время правления Абе увеличивалось на 1 процентный пункт в год, приводил цифры Quartz – особенно этот рост коснулся женщин в возрастной группе от 55 до 64 лет. При этом Япония по состоянию на 2015 год оставалась страной с самым высоким, после Южной Кореи, разрывом в заработной плате мужчин и женщин среди стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) – 25,7% (в Корее – 37,2%).

То есть даже “традиционная” (ну, с рядом оговорок) Япония пришла к тому, что женщин, занятых в оплачиваемом труде, должно быть больше половины. Подчеркну – там уже была ситуация, когда работала каждая вторая, и это оказалось уже невыгодно с точки зрения экономики.

Запрет “пропаганды нетрадиционных отношений”: почему это провал с самого начала

Недавно в отношении самарской активистки Евдокии Романовой возбудили дело о “пропаганде нетрадиционных отношений”. Однако сам запрет “пропаганды” – один большой фейл, причём как в силу частностей, так и по фундаментальным причинам: сегодня мы поговорим про последние подробнее. (далее)

С московских выборов

На прошедших выходных я, как и в прошлые годы, работала на выборах – поскольку состою в участковой избирательной комиссии на северо-востоке Москвы. В принципе про муниципальные выборы уже писали более чем достаточно. желающие могут найти массу разнообразнейших материалов, так что я ограничусь небольшим налюдением в виде картинки:

Выборка невелика; но то, что высота голубых столбиков почти везде ниже розовых – явно не случайно.

На нашем участке голосовали преимущественно женщины и при этом было больше пенсионерок, чем молодёжи. При явке 14,8% это привело к тому, что выбрали кандидатов с агитационных листочков “Единой России”, других материалов у нас в районе особо не было. Занятно, что при этом на всех околополитических форумах я вижу преимущественно мужчин – вот, например, свежий пример из моей ленты новостей в ВК, у украинского журналиста Дениса Казанского обсуждают поставки угля в Украину. Или вот – я захожу на сайт “Эха Москвы”, кликаю по первому же материалу, смотрю обсуждение, там 34 комментария и снова по большей части мужчины. Практически все политические форумы, блоги, значительная часть публицистики – мужская. А на избирательных участках – женщины.

1 сентября, автоэтнографические наброски

Большой (1950 слов) автоэтнографический набросок на тему первого сентября, биополитики, насилия со стороны государственных институтов и около. Сырой текст, который, тем не менее, я бы хотела обсудить. (далее)

Джеймс Дэмор, его “манифест”, Google и большой скандал

Сотрудника Google уволили после публикации во внутренниз ресурсах “манифеста против гендерного равноправия”. И вот что я по этому поводу думаю: (далее)

Синдром нарушения целостности восприятия тела, добровольные ампутации и их приемлемость

На “Медузе” вышел очень большой и крутой материал Саши Сулим про людей с BIID – синдромом нарушения целостности восприятия собственного тела. Это крайне редкое расстройство, при котором человек начинает считать, что его/её тело нуждается в ампутации конечности. Я не смогла пройти мимо. (далее)

Выдвижение ультиматумов

Я обычно не очень люблю политологические тексты, но в этой статье Павла Демидова (Московский центр Карнеги, опубликовано “Медузой”) есть, как мне кажется, важная мысль:

Ход, который свойствен Трампу-бизнесмену и описан им в собственной книжке про искусство переговоров, оказался совершенно бесполезным для Трампа-политика. Довольно просто предъявлять ультиматумы на рынке, где в случае неудачи у тебя почти всегда есть шанс на других партнеров или контрагентов. Но в реальной политической ситуации у Трампа нет другого Конгресса, с которым можно было бы договориться. А народных избранников ультиматум Трампа скорее возмутил, чем напугал.

Вроде бы всё очень просто и очевидно, но для меня это лишнее напоминание о том, что переносить какую-то модель с одной ситуации на другую следует очень осторожно. И что модель конкурирующих агентов, которые одновременно борются за ресурсы между собой и договариваются с “поставщиком” этого ресурса – работает по-разному там, где агентов много и там, где агент всего один. Это можно применить и к семейным отношениям, и к экологии – с толикой осторожности, разумеется.

Вообще, если начать разбираться в теории таких игр – то есть понятие Ultimatum game, экономической игры с двумя игроками. Одна может назначить распределение банка между собой и напарницей, вторая может либо принять предложение, либо отказаться от него – и тогда обе не получают ничего. Стратегии игры в “Ультиматум” могут быть существенно разными, поскольку обе стороны могут “давить” друг на друга либо неравной ставкой, либо угрозой аннулирования ставки как таковой. Ряд исследований показал, что на поведение людей в этой игре влияет и культура, и размер суммы, и, что вполне очевидно с чисто математической точки зрения, тип игры – одиночная или с повторными раундами.