Два разных депутата

Прочитала, что польского депутата Европарламента временно отстранили за сексисткие выступления. И не смогла не провести параллель с Милоновым и Россией. (далее)

Ссылки

В последние несколько дней мы переезжаем, поэтому в нтернете я бываю редко и обычно в сильно уставшем виде. Обещанные тексты неспешно доделываются, а пока вот немного ссылок:

Да, я не очень люблю политтехнологов, и дело не в их убеждениях. Дело скорее в отсутствии таковых и в вере в существовании неких “политтехнологий”. Вот цитата из указанного выше материала Таисии Бекбулатовой для “Коммерсанта”:

Господин Смирнов отметил, что митинг показал, что «в стране, слава богу, не все в порядке». Он подчеркнул, что политтехнологи могут дать АП хорошие советы, как справиться с ситуацией — например, раздробить оппозиционное поле. «Но опять же, мы к кому обращаемся? Кто должен команду дать? Нету такого! — сказал он, отметив, что технологи оказались в “подвешенном состоянии”.— Денег не дают, методичек не дают, темника не дают».

Политика (на мой взгляд) – это про принятие решений на основе этических предпосылок. Коммунисты, например, смотрят на мир через призму эксплуатации, отчуждения труда и классовой борьбы. Всё это не только теоретические концепты, но и некая этическая рамка, которая приводит к тому, что у коммунистов целью становится освобождение трудящихся от эксплуатации капиталом. Отсюда уже следуют практические решения: скажем, поддержать прогрессивную шкалу налогов и национализировать крупные предприятия. Для монархистов характерно совсем иное – идея о данной Богом власти монарха; соответственно монархисты будут против ограничения власти короля и за усечение полномочий парламента.

А со стороны “политтехнологов” всё выглядит так, как будто исход политической борьбы сводится к тому, кто эффективнее применит чисто технические приёмы. Это снова то, что меня лично безмерно раздражает – отрицание человеческой субъектности, сведение людей до уровня автоматов. Люди – не автоматы, и тут мне даже какие-нибудь радикальные имамы или там зелёные анархистки из Deep Green Revolution симпатичнее политтехнологов, готовых работать на кого угодно и не задающихся вопросами “а этично ли это?”.

Конкретно в России сейчас вообще всё просто и понятно. Люди выходили на улицу не потому, что “политтехнологии”, а потому что премьер попался на вранье и незаконном обогащении. Тут нет никакого двойного и тройного дна, как нет его и в большинстве иных протестов. Люди – не слепые и не бессовестные, они видят безобразие и начинают протестовать; вопрос может быть в том, что готовы стерпеть, кто первый выйдет на улицы, но не в том, “кто организовал протесты”.

Ссылки

(далее)

Речь Александра Сокурова (режиссера)

По федеральным каналам этого не показали. С показа церемонии по ТВ данная речь, как и многое другое, было вырезано.

Этическое и про российскую политику

Текст, предлагаемый сегодня, был написан на самом деле почти две недели назад. Я его отложила, а сегодня прочла рассказ антропологов из исследовательской группы «Мониторинг актуального фольклора» – и поняла, что это надо выкладывать. Тем более в свете вчерашних акций протеста в РФ. (далее)

А вот как делать не надо

Из моей ленты в Твитере:

Сам момент удара в этом видео отсутсвует, поэтому пишу исходя из имеющейся информации, разумеется. Считаю важным проговорить то, что вот такие действия это либо провокации (бивший ОМОНовца сам был из спецслужб), либо действия идиота, которому бы лучше сидеть дома.

Потому что акция была заявлена как мирная. Потому что основной смысл был именно в том, что люди просто выходят на улицу – формально ничего не нарушая. Нас можно куда-то не пустить – ОК, мы встанем рядом. Нас можно пытаться разгонять – ОК, мы перейдём в другое место. Это идеальная тактика в условиях имеющегося дисбаланса в силах, когда мало кто готов устраивать уличные драки и, как на Майдане, месяц жить на площади, лезть под пули, возить дрова в метро, etc.

Смысл протестных акций именно в том, чтобы не нарушая никаких законов – дать о себе знать. В условиях перекрытых СМИ, цензуры и замалчивания – власть сама будет указывать на нас вертолётом над городом и толпами полицейских, сопровождающих людей с редкими плакатиками.

Другое дело, что я даже сама знаю многих “мачо”, которым очень хочется показать свою крутизну. Они лихо рассуждают об особенностях городского боя (прочитав про них на форуме), о зажигательных смесях и о том, что надо валить Путина. Как показал опыт, случайно попав на несанкционированный митинг, они как раз либо пугаются первого же припаркованного в стороне автозака, либо как раз совершают что-нибудь этакое, чтоб показать свою неимоверную крутизну.

Так вот, ещё раз – крутизна ваша не то, чтоб никому не нужна – она вредна. Даже если рассматривать все события в РФ как предвестники революции, вы сейчас не последний дворец Путина штурмуете, а совершаете глупость, после которой вас заберут в отделение, человек пятьдесят (минимум) получат удары дубинками и опять-таки будут задержаны, а СМИ напишут про безобразия, которые спровоцировала оппозиция. Не надо так делать.

Протесты 26 марта

Немного о сегодняшних акциях – 26 марта в России прошли самые массовые акции протеста за последние пять лет. Только в Москве задержано свыше 700 человек. Я сходила, благополучно вернулась домой и вот что могу сказать… (далее)

Консервативное: аналитический комментарий

Второй пост про консерватизм: аналитический разбор цитаты Олега Матвейчева, определившего консерватизм как борьбу за сохранение господства мужчин и отцов. (далее)

Консерватизм и фигура Отца – Олег Матвейчев

Первый из трёх постов в очень важной серии про консерватизм. Я нашла серьёзный текст про консервативную идеологию и гендер – согласно автору текста, Олегу Матвейчеву, консерватизм это буквально про мужское господство. (далее)

Российские новости (политика)

Несколько зарисовок на тему того, как устроен современный российский режим:

  • Корреспондентка Ирина Кравцова по просьбе “Медузы” сходила на митинг в честь годовщины захвата Крыма. В составе группы, которой платили по триста рублей (чуть менее пяти евро). Статью рекомендую целиком, поскольку там много характерных зарисовок;
  • Другой материал от того же издания: аспирант, живущий в общежитии МГУ, вывесил в окно флаг Украины. Был избит “людьми в штатском”, которые, по его собственным словам, представились сотрудниками ФСБ (Федеральная служба безопасности, бывшее КГБ, по сути). Любопытно, что в пресс-службе ОВД по Западному округу Москвы «Медузе» сообщили, что «работали не наши сотрудники, а сотрудники ФСБ». То есть в общем-то совершенно безобидное действие – человек вывесил небольшой флаг, а не рассматривал прохожих через прицел винтовки или там не кидался из окна чем-либо – вызвало реакцию спецслужбы, которая должна заниматься тем, что угрожает национальной безопасности.
  • И снова “Медуза”, разбор выполненный Михаилом Зеленским и Денисом Дмитриевым – выдвинутый на голосование в Госдуме законопроект предполагает возможность возврата налогов гражданам РФ, попавшим в санкционные списки ЕС и США. Как выяснилось, целевая аудитория закона всего несколько десятков человек, и это множество во многом состоит из обладателей крупных состояний – например, бывший владелец нефтетрейдера Gunvor и основатель Volga Group Геннадий Тимченко.

Разумеется, эмоциональная и человеческая оценка всем этим фактам может быть только однозначно-негативной. Сбор людей на митинги за деньги дискредитирует идею митинга вне зависимости от того, как к этой идее относится, а насилие со стороны полиции или спецслужб, равно как молчание самого университета в ответ на происшедшее – возмутительно. Учебное заведение, которое молча позволяет задерживать и избивать своих аспирантов, просто сложно рассматривать всерьёз: в том же МГУ в 1911 году в ответ на репрессивные действия властей ректорат показательно ушёл в отставку вместе с такими учёными, как, к примеру, Пётр Лебедев. Это один из блестящих экспериментаторов, первооткрыватель давления света и сейчас его бронзовую статую вы можете увидеть у ступенек физфака МГУ: Лебедева или Вернадского мы помним, а министра просвещения Кассо, который возложил на университетские администрации надзорные функции – мало кто знает.

Законы же, которые в условиях кризиса компенсируют потери богатейшим людям страны за счёт всего населения (для деревень России сто евро в месяц – хорошие деньги) тоже сложно признать справедливыми. Особенно на фоне недавнего скандала с выводом средств из стран через Deutsche Bank – тогда банк за недостаточную бдительность оштрафовали в США на 630 миллионов долларов, ещё 204 миллиона потребовали власти Великобритании, а в России – в стране, которая, собственно, и пострадала, недополучив налоги – Банк России оштрафовал Deutsche Bank на 300 тыс. руб. за нарушение правил внутреннего контроля, допущенное московским офисом. Триста тысяч рублей, менее пяти тысяч евро. Когда парламент срочно принимает закон о компенсации миллиардерам их потерь, но при этом из страны выводят десять миллиардов долларов и платят штраф стоимостью в одну машину с приличным пробегом – это безобразие. Вдвойне безобразие, что я узнаю про это от не представленного в Думе Навального, а не от, скажем, КПРФ или “Справедливой России”: в любом настоящем парламенте подобная история стала бы поводом для грандиозного скандала. Шутка ли, бюджет лишился как минимум сотен миллионов долларов США.

Но если говорить не о том, как это всё оценивать, а задаваться вопросами “почему?” или “что будет дальше?”, то всё не столь просто. С одной стороны я вижу признаки деградации государства: это и коррупция, и отмечавшаяся мной буквально вчера ситуация с космическими технологиями – Россия сокращает присутствие в космосе и даже не может достроить и запустить на орбиту начатый ещё в 1995 году модуль МКС. С другой стороны, провластный дискурс становится гораздо более жёстким, причём кроме дискурса мы наблюдаем и агрессивные действия вроде описанного выше задержания аспиранта с флагом, нападений на членов команды Алексея Навального или насилия в отношении Ильдара Дадина. Число заключенных по политическим статьям по оценке фонда “Мемориал” составляет уже свыше ста человек и оно растёт.

С одной стороны это сочетание не уникально и его уже многократно наблюдали по всему миру. С другой стороны, оно не всегда вело к немедленному краху. С третьей стороны, формальный крах в виде смены правительства, сам по себе может не нести структурных перемен.