Фактчек: как нам врёт представитель РПЦ

“От СПИДа погибает 800 человек в России. От туберкулеза — 100 тысяч. Ни о какой профилактике туберкулеза что-то никто не говорит” – свежее заявление Дмитрия Смирнова и откровенное враньё, разумеется. (далее)

Текст для чтения в первом классе

Некоторое время я писала про то, что школьные тексты по обществознанию – это писанина, в которой килотонны морализаторской патоки сочетаются с безосновательными утверждениями. А вот образец задания из аттестации первоклассниц на семейном образовании:

Летом помогали ребята взрослым. На огороде работали: выдёргивали сорняки. И Федя работал: нарвал редиски, съел её и заснул в лопухах. Спит Федя и сквозь сон слышит: «Сорняк, ребята! Смотрите, сорняк!» Открыл Федя глаза: кругом ребята стоят. Быстро вскочил Федя на ноги. Стоит, глазами моргает. «Где сорняк?» – спрашивает. Отвечают ему ребята: «Ты сорняк, и притом самый крупный». // В. Голявкин

Собственно, это короткий рассказ целиком – он так и называется, “Сорняк”. Из него мы в 2018 году и в городе (в России урбанизация 80,1% – именно такая часть людей обитает в городах) узнаём о том, что семилетние дети помогают колхозникам, а кто не помогает – тот сорняк. Хорошо хоть что не подлежащий немедленному сжиганию на месте или отправке на компост сорняк – и на этом спасибо.

Ну то есть про колхозы, пожалуй, знать стоит – но вряд ли в первом классе, разве что ребёнок живёт на селе, где это понятие до сих пор в ходу, невзирая на исключение оного из официальных документов (я про Россию; в Беларуси не так). А идея привлекать семилетних детей к не самым легким сельхозработам мне кажется откровенно дикой, тем более с подобным подходом; замените “на огороде работали” на “мусор со стройки выносили” или “пол в цеху подметали” – правда, как-то не очень хорошо получается?

Вовлекать детей в работу по дому и учить самостоятельно что-либо делать – хорошая идея. Но не так же! У того же Голявкина есть куда более вменяемый рассказ про парня, который пытался выпрямить гвоздь для того, чтобы повесить картину – и в процессе побил плитку, попытался её поменять, поругался с соседкой, расстроился и задолбался. Вот там хорошо: напрямую оценочности мало, зато можно самостоятельно подумать над тем, как было бы лучше.

А ещё стоит заметить, что невзирая на наличие кучи таких морализаторских пассажей мы повсеместно видим и тех, кто мусорит в городе (а чего, дворники же уберут!), и тех, у кого мытьё посуды ущемляет мужское достоинство. То есть ко всему прочему вся эта кампания “приучения детей к труду” и “прививания представлений о ценности труда” вышла пшиком.

Чего бы я хотела от программы по обществознанию

Написав вчера текст про то, что с курсом обществознания в российских школах всё очень грустно, я, естественно, задалась вопросом о том, как было бы лучше. И хотя создание школьного курса это сложная и кропотливая работа для целого экспертного сообщества – в этом посте предлагается в этом направлении подумать. Хотя бы … (далее)

Корни плохих статей или давайте немного про школьное образование

Я, кажется, поняла, почему у нас так много плохих псевдонаучных статей в околосоциологическом поле. Потому что учебники по обществознанию пишутся практически так же. (далее)

Годный ресурс о сексуальности: канал Лены Низеенко в Яндекс.Дзене

Елена Низеенко, выпускница магистратуры ЕГУ по той же специальности “гендерные исследования”, запустила в этом году свой канал “Без стыда” на Яндекс.Дзене – и я его всячески вам рекомендую. Тема – сексуальность и около.

Пропрописные буквы

Разбор Дарьи Саркисян на “Медузе”, правда ли что детей могут перестать учить писать от руки прописью. Если кратко – то да, правда, доказательств в пользу прописей не так много и они не самые надёжные. И тут я не могу не сказать, что сама я так и не научилась толком писать прописными, то есть слитными, буквами. Я пишу печатными, причём в итоге получается с той же скоростью и куда как разборчивее. Прописные буквы это скорее каллиграфия: занятие со своей прелестью, но явно не для обязательной всеобщей программы обучения.

Мой почерк выглядит примерно так, как подписи на этой карте (рисовалась мной в курсе Gender and Space во время учёбы).