Дети, образование, труд и ответственность

Google, очевидно, в курсе этой проблемы: они даже выпустили специальное приложение «YouTube Детям», которое даёт родителям больший контроль над тем, что именно смотрят их отпрыски, самостоятельно фильтруя сомнительный контент. Но даже оно работает несовершенно: YouTube просто не успевает маркировать все «пиратские» видео как подозрительные — поэтому приложение всегда может показать его ребёнку. Каналы с фальшивками продолжают больше всего зарабатывать на детях, которым дают смотреть YouTube без присмотра. Достаточно сделать ролик подлиннее, вставить в него побольше рекламы — и вуаля.

В этой статье-обзоре “детских” YouTube каналов (Wonderzine, Гриша Пророков) сказано то, про что я говорила задолго до своего родительства и что готова повторить с семилетней дочкой – проблема не в технологиях. Проблема не в “падении нравов”. Проблема в том, что растить детей это отдельный сложный труд и сами по себе дети не растут. Вас не смущает, что совершенно тупая по сравнению с детским мозгом начинка компьютера требует вдобавок к микрочипам ещё и программ, настройка которых иногда доступна только высококвалифицированным специалист(к)ам? Да, кому-то надо сидеть с ребёнком и смотреть ролики, кому-то нужно объяснять всё, что вокруг происходит, кто-то должен не просто кормить-поить-мыть-укладывать спать, но и передавать знания.

Я прошедшие выходные провела на детском турслёте и там много общалась с мамами, отказавшимися от школы – их дети формально на надомном обучении, а де-факто они занимаются половину времени с родителями, а половина занятий проводятся в небольших неформальных группах. Мотивация родительниц всюду одинакова: стандартная система поточного обучения неэффективна, болезненна и по всем критериям уступает домашнему/полудомашнему подходу.

Когда говорят о “борьбе с вредной для детей информацией” – это уже не поточная школьная система, а ещё более примитивный и “вертикальный” подход, основанный на делегировании всех полномочий и всей субъектности даже не учительницам, а некоему полумифическому “государству”, которое должно запретить суицидальные паблики в ВК, пропаганду наркотиков, какое-то неправильное кино и пропаганду гомосексуализма. Это всё автоматически снимает ответственность с родителей, но было бы ошибкой думать, что причина чрезмерного запретительства кроется только в нежелании брать на себя ответственность.

Мне не нравятся, кстати, такие гипотезы – “люди не хотят брать ответственность, они инфантильны”. Эрих Фромм, “Бегство от свободы” – книга хорошая, но не универсальная.

Кроме ответственности есть ещё такой аспект, как признание родительства трудом и работой. Работа в нашем мире это более ценная вещь, чем “сидеть дома с детьми”: а раз мать, как правило, считают занятой чем-то второстепенным, то и рассматривать всерьёз семейное воспитание вкупе с семейным же обучением никто не будет. Будут, конечно, говорить общие словеса о семейных ценностях, но все эти “ценности” совершенно оторваны от конкретного труда и конкретных же проблем.

Семейное образование и воспитание в традиционном обществе это прерогатива матерей и часть патриархатной гендерной модели, в национальном государстве сюда добавляется элемент трансляции в семье государственной идеологии – а в наши дни уместнее уже говорить про совсем другие вещи. XX век стал, если смотреть с точки зрения гендерных исследований, веком феминизма – женщины стали получать равные права и занимать те же места, что и мужчины. Это не только поменяло структуру занятости, это ещё и привело к тому, что в ряде стран начали рассматривать родительство как труд. В сочетании с возросшей ценностью детской жизни мы подошли к иным моделям обучения – с малыми группами, с большей гибкостью, с большими вложениями. И да, если мы относимся к этому всерьёз, если отцы начинают брать отпуска по уходу за грудничками и наравне с матерями занимаются с детьми постарше – тогда и ответственность иная.

Напоследок – очень советую посмотреть интервью “Медузы” с Евгением Мартенсом. Тем самым немцем, который неудачно пытался вывезти семью из Германии в России. Это, пожалуй, станет темой следующей моей записи.

Правила Сисси или снова об объективации

В прошлой записи я пообещала написать по мотивам дебатов об объективации не только про свою идею о возможности переноса понятия объективации на детей (с заменой сексуальности успехами в учёбе: ребёнок из личности становится отличником и реализатором родительских амбиций), но и ещё один некий текст. И вот, собственно, и он: в этот раз речь пойдёт про феномен сисси. (далее)

За пределами нормальной физиологии (или про очень экстремальные практики)

Сегодня в рубрике “поговорим о порно” будут примеры очень экстремального проникающего секса. Настолько экстремального, что мне потребовалось отдельное исследование на тему того, как такое вообще возможно. Ну и пара слов о культурно-психологическом, куда же без этого. (далее)

ABDL

Рубрика “Необычная сексуальность” снова с вами. И сегодня я написала про ABDL – Adult Baby Diaper Lover. Тут и про контроль, тут и много чего ещё интересного, и традиционно хентайная ллюстрация. (далее)

Книга про пеггинг: начало первой главы

Обещанное ранее начало моей большой книги про пеггинг. Сейчас это примерно 1/4 от написанного, но я планирую выкладывать по частям. (далее)

Чистка организма, глубокие проникновения и медикализация сексуальности

Большой рассказ о том, что объединяет “избавление организма от шлаков и токсинов” с экстремальными анальными практиками сексуального толка. И немного о истории сексуальности, почти по Фуко. (далее)

Ссылки и анонс первой главы

Немного ссылок для прочтения ради самообразования:

  • Михаил Соколов на “Постнауке” популярно рассказывает о габитусе – важном социологическом понятии, вошедшим в широкий обиход благодаря Бурдьё. Это всё входит в базовые курсы социологии, но я с интересом обновила у себя в голове данную информацию + узнала ряд новых подробностей. Вообще думаю завести привычку каждый день читать по пять лекций с “Постнауки” просто для того, чтоб быть в интеллектуальной форме, а то я сейчас занята почти исключительно книгой.
  • Олег Лищук на N+1 пересказывает работу американских исследователей (вот она в Nature Neuroscience) по экспериментальному изучению активной регуляции работы капилляров в мозге. Удалось показать, за счёт чего именно капилляры расширяются при необходимости доставить к нейронам больше питания и кислорода – это важно как для понимания природы ряда болезней, так и для понимания нормальной работы мозга.
  • Старая – аж 1919 года! – статья в JAMA на тему того, что теория отравления организма собственными шлаками и токсинами скорее всего несостоятельна. На этой теории, которую ранее продвигал даже один из крупнейших физиологов Мечников, держится весь пласт “детоксикации организма”.

Последнее, кстати, я уже откопала не просто так, а в рамках работы над книгой. По книге: сейчас я заканчиваю первую главу и к концу недели думаю представить отдельные куски здесь в открытом доступе. Речь пойдёт о том, почему я решила изучать в 2011 году пеггинг и как это увело меня от нейронауки к гендерным исследованиям; попутно будет много любопытного о медицине столетней давности.

Поговорим о хентае – 2. Unbirth.

Рубрика “поговорим о порно” снова с вами. В прошлый раз я разобрала пример с коротким комиксом про девушку-изменщицу, её парня и двух футанари, а сегодня вашему вниманию предлагается целый буклет под названием The Anatomy & Physiology of Unbirthing. (далее)

Поговорим о порно: благородные футанари

Рубрика “хентай и порнография глазами исследовательницы” начинает свою работу. Текст ниже – первый в большой серии, которая потихоньку пишется; также принимаю запросы на разбор ваших примеров. Сегодня я разбираю короткий комикс Drunken Drawfag про парня, которому изменила девушка и которого спасли две футанари. (далее)

Насилие над детьми, сексуальное насилие и власть

Недавно я прочла один текст и один набор текстов. Текст – это статья Сергея Медведева, историка и журналиста, для русского Forbes, а набор текстов – серия постов на некоем гомофобном ресурсе, которому, пожалуй, не стоит делать рекламу. Посты эти про отношение к детям и сексуальности, причём даже не в контексте скандалов вокруг домогавшихся до учениц преподавателей в претендующих на элитарность школах. (далее)