Пять случаев, после которых я почувствовала себя скорее либералкой, нежели социал-демократкой

Первый: в Подмосковье бедная семья сталкивается с перспективой выселения из муниципального жилья, поскольку они содержат помещение в жутком состоянии и привели туда множество собак. Ранее некие волонтеры помогали сделать ремонт, но на новых кадрах видно, что отчистить помещение можно разве что напалмом.

Я читала про это, читала комментарии и недоумевала. Понятно, что в такой ситуации с завидной вероятностью можно говорить о психическом расстройстве хозяев и о том, что их прошлая жизнь была, прямо скажем, так себе. Но это не отменяет того, что семья задолжала миллион рублей (14 тысяч евро) по счетам, жить по соседству стало гораздо хуже – а стоимость квартир соседей упала из-за всепроникающей вони на тот же миллион (поэтому даже уехать оттуда из-за развивающейся астмы просто так не получится). Решение “давайте им ещё раз помогут волонтеры” мне кажется просто издевательством над соседями, которые вообще-то тоже имеют право на пригодное для жизни жильё – причём право, возможно, ещё и оплаченное по рыночным расценкам. Тут нужны не волонтеры, а судебные приставы и полиция. Которые либо заставят навести порядок, либо выселят.

Второй: в США мать, резко тронувшаяся с места на машине с прицепившимся ребенком, покалечила сына.

Приведу цитату“11 дeкaбpя пpoшлoгo гoдa З6-лeтняя Tиффaни Kocaкoвcки выcaдилa cвoeгo cынa Джулиaнa oкoлo нaчaльнoй шкoлы в Бeлмoнтe (штaт Mичигaн). Maльчик oткaзывaлcя идти в шкoлу и ocтaлcя cтoять oкoлo мaшины мaтepи. Tиффaни ceлa в aвтoмoбиль, вeлeв cыну идти в здaниe, нo oн дepжaлcя зa pучку двepи мaшины co cтopoны пaccaжиpa. Зaтeм Tиффaни тpoнулacь c мecтa, видя, чтo cын вce eщe дepжитcя зa pучку двepцы. «Kocaкoвcки пpизнaлacь, чтo кpутилa pуль, a зaтeм paзoгнaлa aвтoмoбиль», — гoвopитcя в cудeбныx дoкумeнтax (…)  у тpeтьeклaccникa диaгнocтиpoвaли мнoжecтвeнныe пepeлoмы, в тoм чиcлe пepeлoм чepeпa. Coглacнo cудeбным дoкумeнтaм, Джулиaн пpoвeл в кoмe нeдeлю и дo cиx пop нуждaeтcя в пocтoяннoм уxoдe и физичecкoй тepaпии”

Снова открыла комментарии и снова офигела. “Женщина в состоянии нервного срыва, не справляющаяся с двумя детьми в одиночку, дернула машину, когда сын держался за дверцу, естественно, не ожидая, что он улетит под заднее колесо”. Ну… э… по такой логике мы должны всех домашних боксеров оправдать. А чего, у мужчин в состоянии нервного срыва, не справляющихся в одиночку кормить семью – тоже масса столь же убедительных оправданий. Они тоже “затюканы жизнью” – почему мы должны осуждать их за искалеченного ребенка? Стресс. Обстоятельства.

Возможно, там и вправду было психическое расстройство. Но в таком случае, думаю, с водительскими правами надо попрощаться и поприветствовать принудительное лечение: это расстройство едва не убило зависимого человека. И нет гарантий, что в следующий раз жертвой не станет кто-то иной.

Третий и четвертый сводятся к обсуждению низких зарплат курьеров (после смерти на работе курьера Яндекс.Еды), таксистов и кассиров. Дескать, это несправедливо и надо им платить больше.

Готова согласится с тем, что минимальная зарплата по России должна быть сопоставима с таковой в Литве. И что “минималка” в 155 евро – это недоразумение. Требование сделать 25 тысяч рублей, как в своё время предлагал Навальный – разумная политическая программа. Но труд, не требующий почти никакой специальной квалификации, всё-таки должен оплачиваться по принципу “не ниже минимума, а далее в тех рамках, которые определит рынок”.

Доход в 25 тысяч в месяц я не считаю чем-то неприличным; меня скорее возмущают оклады фельдшеров скорой помощи и пожарных. То, что квалифицированный специалист на ответственной работе с оплатой из госбюджета получает, скажем, 15-20 тысяч рублей – это вот стыдно. А то, что доступная всем здоровым людям работа приносит те же самые или большие деньги – это как раз скорее нормально. Опять-таки, требуя повысить доходы курьеров/кассиров мы в итоге приведём к тому, что оплачивать это будут те же пожарные, медсестры, мелкие клерки, полицейские и так далее: причём им поменять работу зачастую куда как сложнее. Курьер, положим, может выучится на иную специальность и вряд ли он уйдёт с работы по призванию, а вот как быть тем же пожарным?

Да, кривизна российской экономики в одном месте не означает, что мы должны принять как должное то, что она и в других местах кривая. Но иной России у меня для вас нет – и у вас для меня тоже. Равно как и глобуса с тотальным благоденствием; давайте всё-таки быть ближе к реальным решениям.

Пятая история – про то, что в самолете после аварийной посадки люди стали снимать вещи с полок и задержали эвакуацию. Самолет покинули не все, погиб 41 человек. 

Тут меня вынесло с двух тезисов, которые мне попались на глаза. Тезис первый – ну, люди были в стрессовой ситуации, не надо их осуждать. Тезис второй – обсуждать хватающих свои вещи стали, дескать, по вбросу со стороны проправительственных СМИ.

Нет, действительно были на редкость идиотские публикации на консервативном “Царьграде”, кто бы спорил. Но на кадрах с видео, снятым на месте происшествия – таки видны люди с не самыми маленькими сумками. Неизвестно, насколько велика была роль этих секунд (опубликованные позже свидетельства расходятся) и насколько эти сумки кому-то помешали (вероятно, с ними вышли сидевшие ближе к выходу пассажиры бизнес-класса), но это в любом случае грубейшее нарушение техники безопасности. Не уникальное для России (меня отдельно огорчают рассуждения о том, что это типа “наша специфика” – нет, ни разу не так, британцы тоже), но да, от такого могли погибнуть люди.

И вот тут, ведя вчера перебранку в Facebook, я окончательно поняла, что же меня раздражает в условно левом дискурсе. Непринятие личной ответственности. Стрессом, социальным давлением и прочими внешними факторами готовы объяснить даже то, что человек кого-то покалечил, убил или просто превратил чужую жизнь в кошмар. Даже не так – не объяснить, а оправдать и исключить вопрос об ответственности в принципе.

Сюда же попадает – точнее, не попадает – личная ответственность за своё собственное благополучие. “Давайте мы все сделаем так, чтобы даже низкоквалифицированный работник мог получать приличные деньги!” – говорят многие левые. Безотносительно того, что в стране в целом не сказать, чтобы очень хорошо со структурой экономики, без конкретных предложений, просто – давайте мы избавимся от коррупции, давайте мы поделим на всех доходы с нефти, давайте сделаем как в Швеции. Ага, давайте, вот только стоимость всей пригодной к добыче нефти – всего 1,2 миллиона рублей на человека, поделите на те 20 лет, на которые хватит этих запасов. И на вопрос “ок, с чего начать-то?” я пока ни разу не получила ответов сверх обвинения в – буквально! – людоедстве. Не, я не буду играть в игру “за всё хорошее, против всего плохого” – я готова лишь поддерживать конкретные проекты с понятными целями, сроками и мало-мальски предсказуемой сметой. Работать в участковой избирательной комиссии, убирать мусор в парке, помочь конкретным людям деньгами – это да. Но сокрушаться о том, что капитализм ужасен, а в России клептократия – нет. Без меня.

Я сама могу назвать десятки примеров того, как людей действительно огранчивают внешние обстоятельства. Я сама терпеть не могу “мотивационных спикеров” и авторов книг про то, как начать получать пассивный доход (всего-то вложив сто тысяч евро в недвижимость, например). Меня бесит понятие wellness, позитивное мышление, я не люблю разговоры о безграничных возможностях, истории успеха… сверх того, у меня даже, как у всякого приличного пролетария, дергается глаз при разговорах о том, что уж в Москве-то стыдно получать меньше ста тысяч. Народ, вообще-то наша жизнь в городе во многом основана на труде тех, кто получает иногда и меньше тридцати, вся зарплата как аренда однокомнатной квартиры!

Но идея о том, что возможности людей ограничены – это идея, которая сама имеет свои границы. Из неё не следует то, что люди, оказавшиеся в некоем непривилегированном положении*, вообще не несут никакой ответственности за свои поступки. Неолиберальная идеология, где каждый выступает автономным субъектом, мне на этом фоне кажется гораздо более человечной: в ней те же продавцы розничной сети не слипаются в безвольную массу, у них есть своя голова на плечах и они делают осознанный выбор. Они могут менять свою жизнь, а не уповать на то, что какие-то внешние силы организуют с завтрашнего дня безусловный базовый доход и правительство, которое перестанет выкидывать деньги на бряцание оружием. И что делать для улучшения жизни людей, тоже понятно – образование и развитие институтов, которые позволяют всем играть на равных правилах. Не столько пособия, сколько знания и отсутствие дискриминации; это и эффективнее, и дешевле для всех остальных.

*) ни в одном из примеров выше, кстати, не было людей из групп с самыми неблагоприятными условиями. Бездомных, например. Пассажиры бизнес-класса и матери, привозящие в школу детей на машинах, жители не самой бедной страны с разрешением на работу – это даже не пожилая чиновница в мелкой госконторе с окладом в 20 тысяч.

Сюда же я отнесу споры о том, как корректнее говорить – “проституированные женщины” или “секс-работницы”. Первый вариант меня режет тем, что у людей  окончательно забирают субъектность и заведомо ставят их в позицию жертв. Я крайне далека от того, чтобы считать продажу секса “такой же работой” – нет, это неадекватно опасная, вредная и неприятная работа в абсолютном большинстве случаев. Это почти всегда столкновение с насилием и криминалом – но мне принципиально не нравится этот пассивный залог. Я вот пережила в своё время сексуальное насилие и я не хочу называться “жертвой” – я пережившая. У меня было несколько эпизодов депрессии – но я не “депрессивная”, а имеющая опыт депрессивного расстройства или болевшая депрессией. Потому что я больше, чем обстоятельства моей жизни и больше, чем действие на меня внешних сил. “Секс-работница” не идеально, мне самой не очень нравится, но это, как я считаю, меньшее зло. И да, я за декриминализацию проституции в России с последующим переходом к шведской модели криминализации клиентов – после программ по борьбе с торговлей людьми, закона о домашнем насилии и шелтеров.

Признав, что личность не сводится к обстоятельствам – мы должны признать и ответственность. Если моё поведение в стрессовой ситуации привело к гибели человека – меня надо отправить под суд. Как в случае с родителями, которые забывали своих детей в машинах: позже экспертизы показали, что это был фатальный сбой памяти без злого умысла и без халатности, но судебное разбирательство всё равно было нужно. Хотя бы для того, чтобы другие люди стали думать о таких ситуациях и как им избежать подобного.

Возможно, дядька с чемоданом в том самолете невиновен – но мы должны продумать для себя то, как надо вести себя при пожаре. Мы с женой вчера это сделали – и теперь у нас есть, например, аварийная легкая и компактная сумка, с которой в случае пожара или иного повода для эвакуации следует покидать квартиру. И ещё есть доведенная до всех, включая ребенка, последовательность – выйти в прихожую, выглянуть в глазок, при отсуствии дыма повернуть рубильник, взять сумку и выйти на улицу, оставив дверь открытой.

Личные действия важны. Потому что доля вины пилотов, аэропортовских служб, законодателей и капитализма в целом – это то, что от вас не зависит. Но во многих критичных для выживания ситуациях всё определяет личный вклад. Вы можете жить в загрязнённом районе и иметь низкую зарплату, не позволяющую каждый год ездить в отпуск – но решение о том, курить ли табак, принадлежит не Путину, не Трампу и не Коммунистической партии Китая. Решение идти или не идти к врачу с некими новыми симптомами – тоже ваше. Можно сколько угодно говорить о том, что к терапевту большая очередь, но если вы отказались сдавать бесплатные анализы в рамках кампании, которая проходила в соседнем здании – это ваша, а не министра здравоохранения, ответственность. Хлам у плиты – ваш, а не Сергея Шойгу. Черная одежда без светоотражающих элементов на трассе – ваша, и решение “да ну нафиг этот отражатель за 50 рублей” – тоже ваше. А рассуждения о том, что, мол, “жить вообще вредно” и “у нас в стране один фиг умрешь раньше срока” – это безответственная инфантильная хрень. Из-за неё россияне и умирают раньше, чем жители стран с ровно такими же доходами.

Нужно бороться за чистый воздух, за доступную медицину, за лекарства для онкологических больных, много за что ещё – но перед общественной активностью хорошо бы озаботится личной ответственностью за себя и тех, кто от вас лично зависит. Иначе будет как у одного активиста, попавшегося мне когда-то в некой соцсети: тот, будучи убежденным социалистом, жил на съёмной квартире, где в электрощитке вместо автоматического выключателя была свернутая фольга – “мне просто бессмысленно инвестировать в эту квартиру, я вынужден тут жить”. Выбор “гореть или нет” был бы при пожаре сделан не обстоятельствами, а вот этим самым конкретным человеком.

Личные действия, повторюсь, имеют свои ограничения. Если у вас тяжелобольные родители, вы смело должны послать в жопу тех, кто будет говорить про “кто же мешает уехать в Европу”. Но идея “люди под давлением ни за что ни отвечают” и “не мы такие, жизнь такая” в сочетании с “ну мы же всё понимаем” – это токсичная дрянь, от которой тоже надо избавляться.

Tagged . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *