Случай Беллы Рапопорт как повод поговорить о власти

На днях в российском сегменте Facebook случился скандал, который быстро вышел за пределы узкой группы людей в этом сервисе и перешел в большие издания вплоть до федеральных телеканалов. Лучшее из мной виденного написала при этом “Бумага”, материал которой я и процитирую:

Петербургская феминистка Белла Рапопорт 19 марта обратилась в инстаграме к компании Lush, предложив прислать ей бесплатный набор косметики в обмен на обзор в сториз. Бренд отказался от сотрудничества. В соцсетях начали шутить над ситуацией, а сама активистка рассказала об угрозах в свой адрес.

Когда бренд отказался от сотрудничества с Рапопорт, она написала, что считает такой ответ Lush хамским.

Этот случай даёт отличный повод поговорить о том, что стоит за нашими моральными суждениями (и да, моими иногда тоже).

Почему возникла травля и резонанс?

Ситуация, с которой всё началось, абсолютно рутинна. Практика “человек предложил фирме обменять услугу на отзыв” тривиальна. Так делают очень многие, это обычная практика в современном маркетинге. Отказ, на мой взгляд, тоже зауряден. Дословно в Lush ответили Белле следующее: “Спасибо за ваше обращение. К сожалению, оно нам не интересно” – можно, конечно, повежливее, но ничего из ряда вон я тут не вижу. Что Белла пожаловалась у себя на странице – снова в порядке вещей, люди постоянно пишут про свой негативный опыт от “у близкого человека нашли рак” до “кошка опять написела мимо лотка”.

Всех неприятностей можно избежать отказом в форме “Спасибо за предложение, но в данный момент мы не проводим подобных акций” или “Спасибо, но у нас несколько иной формат продвижения”. Я не считаю, что Lush так уж катастрофически накосячил, не разделяю всех эмоций Беллы Рапопорт, но мы сейчас не про это – а про то, как, что и зачем написали все остальные. Как выстраивать коммуникацию с блогер(к)ами – пусть расскажут те, кто прицельно этим занимались.

Про небольшой по сути (не хамство депутата и не уголовщина) инцидент стали писать даже те, кто на Беллу не подписан. Само её предложение сочли смешным в силу якобы заведомо очевидного несоответствия аудитории активистки тому кругу, который мог бы стать клиентками Lush – и характер этих реакций был явно непропорционален поводу. Непропорционален куда больше, чем можно счесть непропорциональной реакцию Рапопорт.

Пример – да, далее будет мат в цитатах, если что:

Кликабельно на источник.

Я выбрала наиболее фактурный из ленты, но не заходила куда-то на Двач, например. Вот помягче и с иными мотивами:


Что я вижу? Я вижу, что обвинения Беллы строятся вокруг концепта успешности и выстраивания иерархий: “кто она вообще такая?” с вариантами вида “почему она неправильно делает то-то и то-то?” (почему вообще сотрудничает с брендом косметики, почему не занимается защитой женщин на Ближнем Востоке. Да, последнее – реальная претензия к петербурженке!). А ещё эти реплики все крутятся вокруг права на проявление эмоций, выражения своих потребностей и озвучивание собственного мнения – “просить стыдно”, “чего она такая обидчивая?”.

Снова цитаты:

“Вымогать у брендов продукты, получать отказ и потом обвинять сам бренд — стыдновато”, — так писатель и журналист Сергей Минаев прокомментировал историю, которая поставила на уши всю отечественную блогосферу и заодно светскую тусовку. //“Вести”, 22 марта, Наталья Соловьева

“Бренд однако Белле вежливо отказал: «Белла, привет! Спасибо за ваше обращение. К сожалению, нам не интересно». Почему отказали, их дело. Может из-за широкой известности Беллы, может из-за ее бодипозитивности (бодипозитив, если утрируя, это когда всем волосам на теле дают свободно расти, жиру свисать, ну и так далее)” //“Московский комсомолец”, 22 марта, Дмитрий Попов

“Здравствуйте, я блогерка!” Наглая просьба российской феминистки взорвала сеть флешмобом. //“Обозреватель”, 21 марта, я цитирую заголовок

Журналистка, блогер и феминистка Белла Рапопорт написала в Сети жалобу на косметическую фирму, которая отказалась предоставить ей бесплатный набор в обмен на рассказ в сторис. Рунет проучил “блогерку” после “наглого попрошайничества”, превратив ее в мем “Добрый день. Я – блогерок”. А интернет-пользователи посоветовали девушке “работать, а не клянчить”. //“Царьград”, 20 марта.

Lush отказал в халяве феминистке. Блогерка подняла шум в соцсетях, но над ней только посмеялись. //“360°”, 20 марта, Анна Старицкая

Вся ситуация — очередной грустный срез настроения сегодняшнего общества, в котором ответственность за свои действия вообще не в цене. Вот, например, уже упомянутая Тина Канделаки написала, что Беллу унизили. По-моему, каждому адекватному человеку должно быть очевидно, что бредовыми действиями человек может только сам себя унизить. Что за тренд — делать из всех жертву? //Life.ru, 22 марта, “Наша блогерка горько плачет”, Ольга Макарова.

Показательно, что украинский “Обозреватель” тут пишет примерно так же, как российский консервативный “Царьград”, используя тот же мотив – “предложение Рапопорт нелепое/наглое”. Тут издания по разные стороны от линии фронта единодушны в той же степени, в какой сталинисты сходятся с украинскими праворадикалами на тему прав ЛГБТ, феминизма и сексуальности. На Life.ru авторка тут же, буквально в следующем предложении, переходит к осуждению высказывавшихся о пережитом сексуальном насилии:

“Я 20 лет с удовольствием и по доброй воле скачу по членам продюсеров и режиссёров, чтобы построить карьеру, но сейчас ветер подул в другую сторону, и теперь я жертва”.

Здесь можно было бы подумать, что активистка действительно показала себя недопустимо эмоциональной по принятым на постсоветском пространстве меркам. Однако я вспоминаю Артемия Лебедева, дизайнера и руководителя “Студии Лебедева”, крупной российской фирмы. В Москве сейчас во всех вагонах метро висят разработанные данной студией схемы метрополитена, студия получала ряд заказов от столичных властей и, сверх того, Лебедев весьма популярный блогер:

Это типичная для него манера – она не вызывает вопросов. Даже когда у дизайнера возникают личные претензии к каким-то конкретным компаниям (из свежего, например, Uber) – про это не пишут в крупных изданиях. Почему? Мой ответ: потому что люди прямо или косвенно считают Беллу Рапопорт стоящей ниже себя, а Артемий Лебедев – воспринимается как фигура выше. И при этом Рапопорт воспринимается ещё посягающей на их, высказывающихся, положение – как так, она начала высказываться! Она стала нарушать правила!

Моральный облик активистки на самом деле глубоко вторичен. Активистки и активисты, да и вообше многие публичные персоны в массе своей люди сложные. На фоне Аркадия Бабченко или Виталия Милонова (который, замечу, депутат нижней палаты российского парламента!) Беллу Рапопорт довольно странно обвинять в каком-то “не таком” поведении. Но уже сейчас я вижу 86 104 сообщения (+18 за два часа глухой ночью на субботу!) в Яндекс.Новостях. Прямо во время подготовки этого поста уже процитированный “Царьград” решил развить тему:

Горьки оказались для феминистки Беллы Рапопорт плоды скандала, раздутого ею же самой в соцсетях. Началось всё с того, что девушка попросила известную фирму Lush дать ей бесплатный набор косметики взамен на рекламу. Вежливый отказ же сочла оскорблением: мол, как же так, компания, выступающая за феминизм, и посмела отказать феминистке?! Однако в Сети Беллу не поняли настолько, что в итоге ей пришлось закрыть свои аккаунты, а Ксения Собчак, вступившаяся было за неё, по-тихому удалила свой пост. //“Брызгами от косметической бомбочки для феминистки Рапопорт забрызгало даже Собчак”, 23 марта.

Нам не показывают каков был ответ Lush, но пишут, что он был “вежливым”. В прошлом сообщении “Царьграда” – аналогично, зато там предложение Рапопорт обозначается словом “клянчить”, а её последующий пост называется “кляузой” – идеально вписываясь в контекст “кто имеет право быть принятым всерьёз”.

Если вы на правильной позиции (богатый и/или влиятельный мужчина) – можете смело писать “пиздец, сука, бесит” в отношении почти всего на свете. А если выражаете свои негативные эмоции в адрес той группы, которая негласно считается “вторым сортом” – то многие закроют глаза даже на призывы к насилию и нарушение этических норм, которые декларирует ваше же сообщество. На этом фоне мелкая травля в виде написания угроз личными сообщениями уже вторична, но написать про неё тоже надо – и больше, чем банальные слова о недопустимости травли.

Если бы плохих людей не было, их стоило бы придумать

В сложившейся системе ранжирования всех и вся по сортам – женщины вниз, геи ещё ниже, безработные ниже директоров, депутаты выше избирателей – кто-то оказывается внизу, это неизбежный факт. Далее люди могут:

  • воспользоваться социальными лифтами (сдала экзамены в бедном городе, уехала учиться в университет);
  • изменить ту систему, которая воспроизводит иерархии (активизм Рапопорт ровно про это);
  • выйти из иерархических отношений, выбирая самореализацию в иной плоскости (“стала матерью, а не карьеристкой”);
  • присвоить себе место повыше за счёт демонстрации, а не действий.

Если вам 20 лет, вы на третьем курсе и у вас пока нет ни стабильного дохода, ни признания, ни чувства принадлежности к какой-то “высокой” группе – вы можете начать вести себя так, как если бы вы были “сверху”. Аналогично – если работаете ночным сторожем или поневоле стали домохозяйкой, застряв в отпуске по уходу за ребенком. А поскольку одним из признаков власти может быть право выносить моральные суждения о других людях – мы получаем вчерашних школьников, которые рады “поставить на место зарвавшуюся выскочку”.

Можно провести параллель с другой (и совершенно несопоставимого масштаба по реальным последствиям) историей: когда недавно в российском Кирове женщина оставила дома трехлетнюю девочку, ушла на сутки и ребенок погиб. Там некий местный житель создал петицию с требованием устроить показательный процесс “с самым суровым наказанием”. Он же оставляет в другом месте такой комментарий:

Я подписываюсь, потому что такие матери не должны жить среди нормальных людей, их надо изолировать от общества и лишать права рожать в дальнейшем путем стирилизации, как кошки

Это ровно то же самое: выстраивание иерархии через превосходство. Разница только в том, что в Кирове была выбрана мишень обвиняемая в убийстве с особой жесткостью женщина,  поступок которой действительно аморален по меркам любого современного общества… но в данном случае даже это не принципиально. Для осуждающих важно не изменить ситуацию в лучшую сторону (хоть снизить число погибающих при недосмотре детей, хоть как-то улучшить коммуникацию брендов с блогерами), а продемонстрировать, кто есть кто и у кого есть право высказываться. Кто может судить, а кто – должен быть осужден. Петиция, к которой относился комментарий, вынесла в заголовок уголовное наказание “за оставление ребёнка без присмотра”, а в самом тексте было такое место:

Ребенок должен стать элитарным.

А именно, будущая мать должна не пить, не курить, обязана пройти тест с психиатром прежде, чем решиться на беременность. Если она не пришла на прием и беременность не запланирована – штраф и/или пристальное наблюдение государства.

Мать потеряла всякий стыд и материнский инстинкт (чаще всего из-за бутылки). Закон должен ей помочь вернуть мозги на место. Должны быть введены штрафы для беременных и кормящих женщин позволяющих себе пить и курить.

Вторая причина не бутылка и не спайсы, а социальные сети. Для современных матерей важнее подписчики, чем родные детки. Именно поэтому нужен психиатр, чтобы определить, готова ли мать жертвовать собой, своим временем ради будущего ребенка или ребенок – это лишь недолговечный аксессуар модной жизни.

Нужно рассказывать про семьи, подающие пример скромности, не публичной жизни, уважения к себе и окружающим, благотворительности. Сейчас мы живем и растим детей в обществе потребления, которое и дает вот такие ужасные плоды в виде равнодушных лицемерных мам. Самое лучшее, что они делают для ребенка – это оставляют его своим родителям.

Это на самом деле не про то, как защитить детей, хотя в нём есть отдельные предложения о поддержке одиноких матерей. Основная мысль его касается контроля за женским телом и поведением; показательно, что в петиции нет вообще ни слова про отца. Точнее, он упоминается в одном (!) предложении там, где авторка петиции цитирует новостной материал, то есть это слова не имеющих отношения к петиции журналистов.

“Веселый флешмоб”

Истории, подобные кировской, очень удобны для самоутверждения. Убившая свою дочь мать позволяет хорошо выглядеть даже тем, кому это в обычной жизни затруднительно. Но  такие истории токсичны: их тяжело читать даже с зачатками способности к сопереживанию. Осуждение возникает в результате сопереживания погибшей девочке, а это тяжелое чувство. Постоянно такое читать не будешь.

Мне самой зачастую тяжело, когда я – со схожей, в общем-то мотивацией самоутверждения – пишу про плохую науку или фиговые тексты. Писать про то, какие идиоты руководят российской космической программой – тоже сложно; самоутверждение на ещё более острых темах одновременно эффективно и  болезненно. А случай Рапопорт идеален для подъёма самооценки и воспроизводства власти многих людей просто по всем параметрам:

  • Белла попадает сразу в несколько “не таких” групп – феминистка, лесбиянка, еврейка и студентка с невысоким доходом. Да ещё бездетная!
  • Случай не заставляет содрогаться: она никого, по большому счёту, не обидела даже. Для остроты некоторые запустили слух о якобы уволенной с её подачи сотруднице Lush, но компания это опровергла. История безопасна, в ней нет ни необходимости сопереживать кому-то, ни риска для себя. Белла не маньяк-убийца и не бездушный чиновник, отнявший квартиру, а история переписки с Lush повторяет то, с чем большинство конторских служащих сталкивается каждый день.
  • Наконец, “пародируя наглую феминистку” можно проговорить свои потребности – “Сбербанк, дай льготную ипотеку в обмен на сториз” или “Мерседес, хочу машину за отзыв”. Понятно, что и квартира, и автомобиль – это тяжкий труд и большая проблема для большинства людей… и также понятно, что жаловаться на дороговизну жизни не совсем прилично. Это может быть ироничная шутка в юмористическом паблике, но прямым текстом жаловаться на цены положено только “бабушкам в поликлинике”.

Я ловлю себя на том, что иногда реализую свои внутренние потребности через осуждение кого-либо. Это не то, что свойственно исключительно “плохим людям”, это довольно универсальная штука. И если хотите мораль, то она вот – давайте замечать наши скрытые мотивы. Особенно тогда, когда от безобидных твитов “Хочу вертолет за обзор” дело переходит к угрозам в личных сообщениях, а пример “нехорошей блогерки” начинает использоваться в политических целях.

Кроме того, это ещё повод обдумать другие ситуации. Когда люди требуют возмездия в отношении кого-либо – чего в этом больше, страха, сопереживания с гневом или просто самоутверждения? Когда люди говорят, что “феминистки устраивают диктатуру и требуют к себе особого отношения” – нет ли рядом другой группы, которая требует ещё больше, чьи требования принимаются как должное и при этом у группы есть власть за пределами соцсетей?

Tagged , , , . Bookmark the permalink.

9 Responses to Случай Беллы Рапопорт как повод поговорить о власти

  1. onanismous says:

    Очень правильный текст.
    В тему – “fake outrage”: https://www.youtube.com/watch?v=l63nY0AYebI

    • Александра says:

      Я бы ей тоже никакой косметики не дала , усики пусть сначала побреет и научится разговаривать . И когда у нас стало феминистка равно базарной бабы ?

  2. Ксения Канке says:

    Это очень крутой текст! И он помог мне прорефлексировать эти события и понять больше про феменизм. Спасибо!

  3. Х says:

    Одно из правил интернета – не читайте комментарии. В них сидят неудачники, которые поливают говном за всё, от убитого ребёнка до спасённого котика. Вот то, что колумнисты и обзорщики в СМИ ведут себя как неудачники в комментариях, вот это уже диагноз нашему обществу.

  4. Fffff says:

    >нет ли рядом другой группы, которая требует ещё больше, чьи требования принимаются как должное и при этом у группы есть власть за пределами соцсетей
    Использованный в этой фразе демагогический приём называется whataboutism. От того, что, возможно, есть кто-то хуже фемок – фемки лучше не становятся.

    • Alexa says:

      А там не вопрос в том, хороша Белла или нет. Вопрос в том, что почему-то её конкретно полощут и называют одну причину, а рядом есть примеры, которые формально подходят больше – и не вызывают такой реакции.

      • Паша says:

        > а рядом есть примеры, которые формально подходят больше – и не вызывают такой реакции.

        Ответ очень простой: тот же Артемий Лебедев относительно стабилен в своей позиции условного “победителя по жизни” и “наплевателя на всех”.

        Феминистки и бисексуальные еврейки-негритянки раздражают непоследовательностью своих действий.

        Утром они чего-то просят, а вечером изображают людей, обладающих некоторой мифической властью. А ночью они все поголовно жертвы.

        Человек, наделенный властью, перед тем как просить что-то, должен исполнить ряд серьезных ритуалов, чтобы быть признанным “законно просящим”. Попытка оправдаться у Рапопорт была, но она не додавила ритуал.

        Для сравнения: Путин снялся в отдельном обращении к народу после пенсионной реформы. Выполнил ряд условных требований, ответил за базар и все такое.

        Кому-то показалось, что ритуал Путин закончил достойно, кому-то показалось, что не додавил. Кому-то показалось, что Путин слаб, кому-то — что показал ответ, достойный власти.

        Во всяком случае Артемий Татьянович и Владимир Владимирович последовательно освоили простые ритуалы, необходимые для реализации своей власти.

        Проблема всех виктим-билдеров, что они природы власти не понимают и не выполняют нужных ритуалов. Они надаются, что их власть так же легко реализуется, как это срабатывает с родителями и школьными учителями. Вот сделал(а) ты хорошо, вот выполнил(а) условные критерии, имеешь полное право ожидать похвалы от старших.

        Однако в реальной жизни люди себя не ведут как старшие с детьми. Право на власть заслуживается определенной последовательностью действий, и демонстрация власти всегда сопряжена с рядом условностей, не вписываемых в схему отношений взрослый-ребенок. Стандартный ответ на посыл, воспроизводимый виктим-билдерами по привычке, — “хватит ныть!” Виктим-билдерами могут быть не только транс-веганы, но и обычные гетеросексуальные белые блоггеры.

        Негритянка-мусульманка-косплеерша с пониженной социальной защитой не получает ожидаемого ответа не потому, что она негритянка и феминистка, а потому что ее действия внутренне противоречивы. Она не завершила разговор с фирмой ни рациональными доводами, ни демонстрацией власти. Скажем “я такая-то и такая-то, я много такого-то могу, а вот если вы мне откажите, то вам же будет хуже потому-то и потому-то”.

        Она сразу переключилась на жалобы своей целевой аудитории. Это как если бы блоггер какой-нибудь вместо адекватного и последовательного решения своих проблем писал о них в своем бложике в надежде набрать аудиторию сочувствующих. Вот он такой пишет фирме “я сейчас сбегаю за пистолетом, только подождите здесь”. Возвращается с пистолетом и радостно кричит “ага, я же предупреждал, что я страшный!” За ним стоит толпа таких же страшных как и он сам.

        Проще говоря, виктим-билдеры не отвечают за базар. Они обсуждают неправильность чьих-то действий у себя в узком кругу и повальное взаимосогласие и взаимопонимание воспринимают как реальную власть и правоту. Выходя из своего кружка они тут же оказываются в среде, не разделяющей их представлений. Они хотят наехать на среду по сценарию, отработанному в своей тусовочке, а среда им в ответ “предъявите документики, пожалуйста.”

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *