Я устала от разговоров про глобальные процессы

Сегодня попалось сразу два текста, в которых авторы делают одну и ту же ошибку. Первый текст это статья израильского историка Юваля Харари в The Atlantic о технологиях и тирании, второй – статья российского чиновника Владислава Суркова в “Независимой газете” на тему “особого российского пути”.

Статьи очень разные, но в обоих мне бросается в глаза одно и то же. То же, что я видела в студенческих работах и что вижу регулярно. Попытки сделать глобальные выводы из сравнительно ограниченного опыта. Причём если с российским чиновником всё более-менее понятно (я некоторое время назад писала про другое его же эссе), то от ученого со сформированной профессиональной репутацией это как-то неожиданно.

Безусловно, я сама не историк. Но я решительно не понимаю, почему Харари пишет “во втором десятилетии 21 века либерализм стал сдавать позиции” и далее рассуждает на тему страха людей перед новыми технологиями. Которые, мол, стали претендовать на вытеснение человека из интеллектуальной сферы. В 1970-х копировальная техника теснила машинисток, далее системы компьютерного проектирования сделали ненужными армии чертежников, ранее арифмометры и громоздкие, но эффективные компьютеры упразднили сотрудниц/ков, занятых рутинными расчетами. Кризис вытеснения человека машиной из определенных – в том числе интеллектуальных! – сфер деятельности начался не сегодня и даже не вчера.

А что касается демократий и либерализма – ну что, провал демократических реформ 90-х годов на большей части бывшего СССР, маккартизм в США 50-х и исламская революция в Иране вкупе с исламизацией Афганистана не были сдачей позиций либерализма? Сюда же превращение африканских и некоторых азиатских стран из бывших колоний в диктатуры: переход Камбоджи от условно демократического правительства к режиму красных кхмеров и геноцид в Руанде – это катастрофы, которые мне вот даже неловко ставить в один ряд с избранием Трампа и Брекзитом. Неспособность развитых демократий остановить катастрофы вроде гражданских войн меня лично беспокоит куда больше “фейковых новостей” – последние вообще у меня вызывают презрительную усмешку после советских реалий восьмидесятых. Ах, в интернете тяжело найти правду! Ах, постправда, боты и ворох мнений! Нате вам газету “Правда” за 27 апреля 1986 года: может, после этого градус тревожности за “постправду” чуть снизится.

Блокчейн, искусственный интеллект и биотехнологии – это модные понятия в отдельно взятых интеллектуальных сообществах, а не то, что реально тревожит людей и играет свою роль в развитии катастроф. Ни в медленно умирающем Луганске, ни в развалинах Абхазии, ни на переходящих от одних исламистов к другим плоскогорьях Ирака или джунглях Центрально-Африканской республики “потеря экономической субъектности из-за новых технологий” не является чем-то значимым. Вот неспособность людей сформировать эффективно работающие государства – да. Недостаток ресурсов – да. Постоянное чужое вмешательство – тоже да. Но сраный биткоин и лощеные ребята из калифорнийских стартапов, которые за один ланч с органическими пророщенными зернами платят больше, чем в перечисленных местах стоит запас еды на месяц? Вы всерьёз хотите сказать что глобально мир переживает из-за этой вот хуиты? Из-за того, что компьютеры выигрывают у шахматистов, а не потому, что чиновники стали покупать себе квартиры по цене небольших городков в той стране, где они имеют власть? И где зарплата в триста евро считается ещё хорошей?

Харари, на мой взгляд, делает и вторую ошибку – он приравнивает почему-то отсутствие демократии к централизации. Как будто делегирование властями страны чрезвычайных полномочий тройкам на местах означало демократизацию и как будто анархия в Сомали не приводило к гуманитарной катастрофе и попранию всех мыслимых прав человека. А Сурков… ну, у него в общем-то тоже самое.

Взят некий фантазийный образ: “Глубинный народ всегда себе на уме, недосягаемый для социологических опросов, агитации, угроз и других способов прямого изучения и воздействия. Понимание, кто он, что думает и чего хочет, часто приходит внезапно и поздно, и не к тем, кто может что-то сделать” – и далее приправлен тем, что принято обсуждать в другой тусовке – “геополитикой”. То есть проблемы, которые возникают на самом деле – от плохо работающей системы образования до маленьких зарплат, нечищенных дорог, не способной справится с мелкой преступностью полиции и коррупции – игнорируются в пользу выдуманных. Причём как раз народа, то есть каких-то реальных людей, тут не остаётся. Остаётся вывод – в России построено государство некой новой модели, “государство Путина”. Правда, как конкретно оно будет работать без Путина и как разрулит, скажем, кризис с Украиной или хотя бы MH17 – не уточняется. Харари на этом фоне, если что, гораздо приличнее.

Я не люблю рассуждения о глобальном. Харари пишет про ботов в сети как угрозу демократии, Сурков их упоминает примерно в том же контексте, оба говорят про Брекзит и Трампа. А я открываю заявление Twitter и читаю: они выявили и забанили в несколько подходов около 50 тысяч русских ботов. Казалось бы, это много… но нет, там же сказано, что эти боты могли быть увиденными 677775 пользовательницами/лями микроблога. Даже если считать, что эти 677 тысяч человек все читали не те 50 тысяч, а лишь выявленные поначалу 3814 микроблога от российских спецслужб – всё равно получается, что один аккаунт увидело 177 человек. Сто. Семьдесят. Семь. В оптимистичном, повторюсь, прочтении.

Люди, которые действительно занимаются рекламой в соцсетях, тут могут начать ржать. Реклама, которую увидело 177 человек – ну… скажите, если вы хотели поддержать Трампа, что мешало купить нормальную рекламу? Ну, биллборды, баннеры в сети, телевизионные программы, наконец? Я уж молчу про то, что большинство пользователей соцсетей по меньшей мере в России новостей особо не читает: аудитория известного своим циничным юмором МДК впятеро больше Лентача (если мы про ВКонтакте) и в сорок раз больше паблика “Коммерсанта”. И нет, делать “картинки как у МДК” это не означает “иметь влияние на миллионы человек”, поскольку люди, чёрт подери, вообще устроены несколько сложнее, мамкины специалисты по соцмедиа на этом горят ежедневно толпами. Нет, люди устроены и не так, как пишет Сурков – у Суркова вообще получается, что понять людей невозможно, но отдельные пассионарные* личности могут трансцендентно прозревать глубинные чаяния Народа™.

*) ребят, закопайте уже Гумилева, статья 244 УК РФ, да и просто как-то неловко уже.

Я не хочу выглядеть старой перечницей и ворчуньей, поэтому скажу про то, что в моём понимании адекватный подход. Мне нравится социология, которая опирается на факты, полученные сообразными с задачей методами – если выборы, то опрос национального уровня, если семейное насилие – то интервью, опросы и медицинская статистика, много кропотливой полевой работы. Если история – то конкретные источники. Пишем про технологии и их влияние на людей – разбираемся в том, как это устроено. А то рассуждения про роботов, которые лишат людей работы на низкооплачиваемых позициях слегка так расходятся с ситуацией, когда научить робота вытирать пыль со стола на порядки сложнее, чем выигрывать у чемпиона мира по шахматам.

Tagged , . Bookmark the permalink.

One Response to Я устала от разговоров про глобальные процессы

  1. vasaka says:

    Считать сколько народу увидело каждого бота не верно, боты – это рекламная сеть, и если суммарно их прочитали пол миллиона раз, значит рекламу, которую через них показывали увидели пол миллиона раз. Они же не вразнобой пишут, а весьма скоординированно.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *