Корни плохих статей или давайте немного про школьное образование

В Facebook – у себя и у Александры Борисовой, научной журналистки, специалистки по научным коммуникациям и выпускницы химфака (реально, она весьма крута; мы лично знакомы) – возникла очередная дискуссия об образовании. Началось всё с разговора о финансовой грамотности и моей жалобы на то, что сосед-шестиклассник первый раз от меня узнаёт про проценты по кредиту, а затем состоялась вот такая ветка:

Артем Космарский: Ох, тут надо менять школьную программу – больше реальных навыков для выживания в мире и социуме. Но когда я про это писал, многие френды встали как стена: не трогать “научную” структуру школьной программы!

Юрий Аммосов:  да нахрена 99.9999% россиян научная структура? куда они ее потом засунут? пусть лучше дроби, степени и проценты выучат, но так, чтоб ночью разбуди, как от зубов отлетало. как автомат калашнирова чтоб знали. и все. а остальное тем, кто продвинутый ЕГЭ сдавать захочет.

На мой взглляд – и я хочу про это поговорить – как раз научной структуры школьной программе не хватает. Хватало бы – мы бы не видели столько откровенно плохих научных статей (вот, скажем, из недавнего: 1, 2 – везде ошибки, недостойные даже бакалавров первого года); проблема с многими предметами в отсутствии даже не научной, а научно-популярной структуры, на уровне буквально статей даже не в N+1, а в Cosmopolitan. Серьёзно, статьи в популярном “женском глянце” пишутся лучше, и я это сейчас покажу.

Вот, к примеру, учебник по обществознанию Боголюбова и Ивановой – буквально первый из найденных мною. Он доступен в виде PDF и желающие могут заглянуть туда сами; я это сделала и ответственно заявляю, что это ни разу не научный подход и даже не подход популяризаторов гуманитарного знания. Это абсолютно унылый нормативно-воспитательный подход, который ничего общего с социологией, антропологией, психологией и прочими “человеческими” дисциплинами не имеет. Вот кусочек, взятый практически наугад:

А вот первая попавшаяся статья из Cosmopolitan про психологию:

Не мешай себя любить: 7 способов самой все испортить

Иногда мы просто не умеем быть счастливыми и сами себе старательно расставляем ловушки, но не замечаем этого и благополучно в них попадаем. Если отношения не сложились — одни, вторые, третьи — пора задуматься: не мы ли сами неосознанно мешаем собственному счастью, потому что боимся этого волнующего состояния, которого так страшно лишиться?

1. Придирки

Они начинаются, когда мы сравниваем своего настоящего спутника из плоти и крови с неким волшебным идеалом. В этом соревновании с твоей богатой фантазией парню из повседневности никогда не победить: реальные люди и мечты находятся в разных весовых категориях.

2. Испытание на прочность

«Настоящий мужчина» из грез мужественно стиснет зубы и все стерпит. Но человек реальный вряд ли сохранит олимпийское спокойствие, если ты пройдешься по его маме и друзьям, опозоришь его перед коллегами,в очередной раз сорвешь совместные планы неприличным опозданием и т. д. Ты словно валишь его на экзамене, который сама же и устроила.

Поясню, в чём разница: редакция Cosmo.ru прекрасно понимает, что их читательницы не будут читать то, что им самим не нужно. Поэтому они берут реальную проблему читательниц и начинают последовательно, без всяких ссылок на философов и поговорки, объяснять в чём же дело. Не факт, что это хорошее объяснение, но я сейчас говорю про разницу в подходе,  как доносят информацию в школе и в глянцевом издании. Глянец работает с конкретными вещами и по пунктам, в то время как учебник для школы – это сборник пространных рассуждений, которые не помогают вообще ни в чём.

Наука – настоящая наука – парадоксальным образом оказывается ближе к глянцу. Она оперирует конкретными величинами, чётко сформулированными гипотезами и понятиями, у каждого исследования есть цель, рабочее предположение и привязка к более широкому контексту. Если бы я писала учебник по обществознанию, он бы выглядел в этой же части совершенно иначе:

Успех в жизни: что это такое? – рассказываем что в разных культурах разные представления об успехе, ссылаемся на данные европейского ценностного опросника, приводим зарисовки социологов. Договариваемся, что успехом может считаться профессиональная реализация, материальный достаток, воспитание детей.
Слагаемые успеха – рассказать про опыт с зефирками, про изучение вклада мотивации и интеллекта в академический или финансовый успех. Везде – со ссылками на конкретные исследования, разумеется.
Социальные и экономические факторы – вот прямо перепечатать или нарисовать комикс, аналогичный “На тарелке”. Сослаться на исследования. Написать, чёрт подери, про стеклянный потолок, доступ к образованию и стереотипы!

Ещё меня буквально бесит указание на биографии всяких великих людей и вундеркиндов в том же учебнике. Коллеги по магистратуре, думаю, оценят этот прекрасный образец классизма:

Ответ “потому что он, блин, был привилегированным мужчиной” – думаю. что не засчитают.

Науки о человеке – это не истории выдающихся людей. Это понимание того, что Авраам Норов изначально был представителем того одного процента населения Российской империи, который имел достаточно ресурсов для “хорошего домашнего образования и учёбы в Благородном пансионе при Московском университете”. Была бы эта же персона рождена в той же семье, но с влагалищем вместо пениса – вместо латыни, греческого и Библии в подлиннике был бы максимум французский, музицирование и вышивка (ну и вместо оторванной ноги на войне могла бы быть смерть при родах). А если ещё перенестись в типичную крепостную семью и выжить при детской смертности в десятки процентов – потолком для парня окажется должность писаря и счетовода. Это, блин, азы истории и социологии, это центральное место для понимания перехода к современному миру, тут можно было бы шикарно поговорить о революционной роли массового образования – но нас тупо, в лоб, толкают к тому, что “учился непрерывно, ревностно”. Ага, конечно, а его сверстники по сёлам баклуши били в те же годы. Прохлаждались, бездельники этакие, в полях и просиживали штаны в мастерских.

В том же шестом классе можно – особенно в прилично оснащённых школах – показать карту мира с распределением стран по ВВП на душу населения и задать вопрос – почему в Норвегии этот показатель выше, чем в России в Китае, например. Почему нобелевских лауреатов больше в США, чем в куда более населённой Индии. Можно посмотреть на списки миллиардеров Forbes и проанализировать происхождение капиталов. Да, в современной России тут очень быстро возникнет вопрос “а какого хрена у нас такое расслоение между Москвой и Махачкалой?!” – но мы же сейчас про то, чтобы дать школьникам основы науки, а не про воспитание сервильности, верно?

У нас существует большой запрос на хорошие и годные социальные исследования с пересказом оных простым языком – этот запрос иллюстрирует популярность пабликов про политику в соцсетях и участие подрастающего поколения в протестных акциях. Им, школьникам, можно было бы рассказывать про индекс Джини, про формирование элит, про социальные лифты; приводить в пример не биографии дворян XVIII столетия, а современников из различных стран, включая наиболее бедные. Расскажите им не про мальчика, чей папа был предводителем дворянства, а про тамильского соцработника Аруначалама Муруганантама, например. Приведите данные о социальном составе поступающих в лучшие университеты, дайте побольше реальных и актуальных фактов, посмотрите как устроены нормальные вузовские тексты – там же пример на примере, как правило, уйма пищи для ума при минимуме прямого морализаторства.

Чем больше я смотрю на школьные и на университетские тексты, тем больше я думаю про то, что фундаментальная проблема заключается в отношениях власти. Как я уже говорила, в глянце вы не можете растекаться мыслью из-за отсутствия власти над читательницами (они просто нажмут крестик на окне браузера) и сейчас я добавлю, что авторам приличного университетского курса надо в ограниченном объёме курса передать знания коллегам, они стараются упаковать материал возможно плотнее. Отношения профессора и студентов, в отличие от отношений учителя и школьников, уже предполагают ориентацию на общие нормы профессиональной среды: горизонтальности больше, авторитарности меньше.

Оглавление “Социологии” Энтони Гидденса. В принципе, вполне посильная задача сделать из этого школьный курс на пару лет – если заменить фактами морализаторство.

Только там, где перед вами сидят вынужденные читать любой текст люди и там, где вам нужно в первую очередь поддержать status quo – вы можете лить воду и издеваться над читателями.

Вот это – издевательство и профанация:

Что нам сказали о потреблении психоактивных веществ? Да в общем-то ничего, это дежурная отмазка, “в школьном курсе надо сказать про то, что наркотики и алкоголь есть зло”. Что мы узнали о ксенофобии? Нам предлагают про это подумать – но ни про эксперимент “Третья волна”, ни про исследования нацизма нам не сказали. Я, конечно, понимаю что давать шестиклассникам читать “Заметки к перформативной теории собраний” Джудит Батлер и тексты Ханны Арендт это другая крайность, но, блин, краткий пересказ той же “Третьей волны” займёт две страницы максимум, причём пользы будет побольше, чем от сильно выборочной биографии Гайдара. Рассказ о наркотических зависимостях и алкоголизме можно и нужно перенести в курс биологии – оставив здесь только то, что алкоголь и наркотики могут быть частью групповой идентичности, что во многих группах формируется определённая культура потребления психоактивных веществ, но связанные с этим риски (конкретно: грязные вещества, передозировка, etc.) приводят, как опять-таки показано исследованиями, к повышенной смертности. Есть, между прочим, прекрасное исследование смертности среди популярных музыкантов – вот его надо показывать.

А вместо общих слов про “ненависть к другим людям мешает общению” я бы сказала – в контексте именно групповых процессов – про Холокост, геноцид армян и современные убийства на почве ненависти; когда я стану министркой образования, учебники будут перепечатывать сцену из “Стоун Буч Блюза” с изнасилованием главной героини… ну ок, после предупреждения о триггерах, мы не звери какие-нибудь.

Вас удивляет, что люди, прошедшие такую школу потом пишут нечто вроде:

– ? Меня это уже не удивляет, ведь им с шестого класса показали, что экспертное знание даётся в форме жидкого морализаторства с минимальным количеством фактов. Тем, кто писал текст про “пропаганду гомосексуализма как проект западных спецслужб” и “последнюю крепость русского народа” могли просто никогда не показать, как делаются научные исследования, вся их база – это учебники вроде показанного выше. Парочка ссылок на Державина или там Сократа, отсылка к литературному произведению, побольше наукообразных терминов, упоминание некоего английского доктора, много пафосных слов – и, главное, закрепление существующего порядка вещей. Производить новое знание? Критические высказывания? Постоянная опора на конкретные случаи? Не, не слышали.

Вот учебник за десятый класс – те же потоки воды. И нет, включение тем вроде познаваемости мира не закладывает научную базу, потому что у вас этих общефилософских тем в итоге получается больше, чем, скажем, гендерной проблематики, социального неравенства, урбанистики, миграции и военных конфликтов. У вас про ксенофобию меньше, чем про рассуждения о человеческой деятельности, это в одном ряду с программой для студентов-медиков, у которых философии больше (в академических часах) по сравнению с онкологией!

Пресловутая “научная база” школьных курсов тут на самом деле полная фикция. Студент-медик на шестом курсе не знает, что такое TNM, но зато у него в программе был Гегель. Школьник понятия не имеет о семейном насилии, не знает об интерсекциональности, слыхом не слыхивал о феминизме*, однако несколько часов своей жизни потратил на чтение благоглупостей про облагораживающий характер труда или там размышления о том, что же такое “деятельность”. Гендер в этом курсе ограничен полоролевой моделью (привет, шестидесятые!), ну и, конечно, всё то же самое:

Кроме того, в последние годы значительно обострились социально-экономические причины (факторы), обусловливающие рост числа детей-сирот: стихийные бедствия, аварии, катастрофы на производстве и транспорте, террористические акты, преждевременная смерть родителей. Усугубляют ситуацию и прогрессирующая тенденция к разрушению нравственных устоев семьи, разительная бездуховность, утрата жизненно важных человеческих ценностей. Число обездоленных детей продолжает пополняться и вследствие лишения родителей их родительских прав из-за пьянства, аморального образа жизни, отказа матерей от содержания и воспитания своих детей; роста числа матерей-одиночек, несовершеннолетних матерей и других причин. В среднем по каждому региону ежегодно выявляется от 2 до 4 тыс. детей, по различным причинам лишившихся родительского попечения, появляются социальные сироты.

Это цитата из учебника и с ней всё те же проблемы, что и с плохими научными статьями. Она неверна на уровне фактов (число сирот в России не росло, ни в относительных, ни в абсолютных показателях; число погибших в террористических актах за десятилетие вообще на порядок меньше сгоревших в пожарах за год), она оперирует понятиями вида “разительная бездуховность” и некорректными сравнениями вида “в среднем по каждому региону” – среднее Чукотки и Москвы это почти как средняя температура по больнице.  Право слово, лучше читать глянец, со страниц того же Cosmopolitan вы узнаете больше полезного и нужного, чем из таких учебников, а количество вредной хрени будет примерно одинаково. И да, это учебник соответствует ФГОС – Федеральному государственному образовательному стандарту!

*) Тут специально для сомневающихся напомню, что именно благодаря феминизму мы имеем женщин в школах и университетах, на выборных должностях и в институтах. А ещё это повсеместное женское образование, вовлечение в общественный труд и вообще один из важнейших с точки зрения социологии/истории сдвигов в истории XX столетия, поважнее Второй мировой войны. Как в очередной раз поругались государства промышленной эпохи – через лет двести будет столь же интересно, как нам сейчас читать про англо-испанские войны, событие совершенно минорное на фоне движения в сторону фабрик, железных дорог и становления индустриального мира.

Tagged , . Bookmark the permalink.

5 Responses to Корни плохих статей или давайте немного про школьное образование

  1. GNU/Hurt says:

    > у нас существует большой запрос на хорошие и годные социальные исследования

    А существует ли такой запрос у Партии или Президента? Вспоминая как гнобили «Династию», думаю ответ очевиден.

  2. Японский городовой says:

    Прекрасный текст, читал и кивал после каждого предложения.

  3. Pingback: Текст для чтения в первом классе – Alexa Project

  4. Pingback: Фактчек: как нам врёт представитель РПЦ – Alexa Project

  5. Pingback: “Временные трудности” и дискурс сурового воспитания – Alexa Project

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *