EQUALITY – насколько часты ложные обвинения в изнасиловании?

Некоторое время назад паблик EQUALITY – у меня тут сбоку висит на них баннер – выложил текст про то, насколько распространены случаи оговора при сексуальном насилии. Иными словами, в каком проценте случаев заявление об изнасиловании оказывается не сообщением о реальном преступлении, а частью некоего преступного плана со стороны самой женщины.

Попробуйте, не читая текст, угадать эту величину сами. Текст, скажу сразу, очень подробный, даже излишне подробный, поэтому я воспроизведу ниже только те части, в которых речь именно про случаи оговора – если вы откроете оригинал, то найдёте ещё много чего, включая оценки числа случившихся, но не ставших известными полиции изнасилований. 

~~~~~~~~~~~~

Доклад Королевской службы обвинения по Англии и Уэльсу исследовал случаи ложных заявлений об изнасиловании с января 2011 года по май 2012 года. За этот период было рассмотрено 5651 заявление об изнасиловании и 35 заявлений были признаны ложными. То есть меньше 1% заявлений были признаны ложными. Исследование 850 случаев изнасилований, совершенных в Австралии, в штате Виктория с 2000 по 2003 год показало, что только 2.1% заявлений об изнасилованиях классифицировались полицией как ложные. Другое английское исследование, проведенное по заказу Хоум-Офиса, основанное на анализе 2643 случаев изнасилований, показало, что полицейские округа определили 8% заявлений об изнасиловании как ложные. Однако исследователи отметили, что некоторые случаи изнасилований отнесли к ложным на основе личных суждений следователей и эти случаи не отвечали критериям ложного заявления об изнасиловании, поэтому количество ложных заявлений может быть снижено до 3%. Д. Лисак, Л. Гардиньер и др. проанализировали 136 заявлений о совершении изнасилования, поступивших в Северо-восточный университет, в течение 10 лет. Из 136 заявлений 8 были отмечены как ложные, что составляет 5,9% от всех заявлений об изнасиловании. Авторы исследования делают вывод, что результаты их исследования согласуются с теми исследованиями, которые имели схожую методологию для того, чтобы определить, ложно ли заявление об изнасиловании. Отчет ФБР за 1996 год определил 8% заявлений об изнасиловании как необоснованные, безосновательные. Однако Б. Гросс написал, что такая статистика “практически бессмысленна, так как ФБР использует различные критерии для обозначения понятия «необоснованное заявление»”. Например, заявление об изнасиловании может быть определено как необоснованное, если предполагаемая жертва не пыталась отбиться от подозреваемого, если предполагаемый преступник не использовал физическую силу или оружие, если предполагаемая жертва не имела каких-либо телесных повреждений или если предполагаемая жертва и обвиняемый имели прежде сексуальные отношения. Кроме того, отчет может считаться необоснованным, если нет никаких вещественных доказательств или слишком много несоответствий между утверждением обвинителя и существующими уликами. Таким образом, хотя некоторые необоснованные случаи изнасилования могут быть ложными или сфабрикованными, не все необоснованные случаи являются ложными.

Недавнее исследование, проведенное К. Спон и др. в 2014 году, которое было основано на количественных и качественных данных из Департамента полиции Лос-Анджелеса, полученных за 2008 год, выявило, что 4,5% от всех заявлений об изнасиловании оказались ложными. 2,2% были случаями, когда подавший заявление об изнасиловании отказался от своего мнения, а также существовали доказательства того, что преступление не совершалось; 2,3% случая были ситуациями, при которых обвиняющая сторона не отказалась от своего мнения, но существовали доказательства, что преступление не имело места быть*. Согласно данным полицейской статистики Баварии за 2000 год 7,4% заявлений об изнасиловании были отмечены как ложные.**

*)  Spohn C., White C., & Tellis K. . Unfounding sexual assault: Examining the decision to unfound and identifying false reports. Law & Society Review, 48, 2014, р. 174.

**)  Elsner E., Steffen W. Vergewaltigung und sexuelle Nötigung in Bayern. Opferrisiko, Opfer- und Tatverdächtigenverhalten, polizeiliche Ermittlungen, justizielle Erledigung, 1. Auflage. Bayerisches Landeskriminalamt, München, 2005, S. 176.

Исследование Ю. Канина*, согласно которому 41% из 109 заявлений об изнасиловании являются ложными, было подвергнуто критике разными исследователями. Д. Лисак критикует работу Ю. Канина за то, что Ю. Канин определяет ложным то заявление об изнасиловании, которое было классифицировано так полицейским округом. Ю. Канин не объясняет в своей работе, как он проверял отчеты полицейских о ложных заявлениях об изнасилованиях, какие уточняющие вопросы он задавал следователям. Ю. Канин, таким образом, не провел систематический анализ данных округа полиции, а просто поверил полицейской отчетности. К тому же, у него не было четких методологических критериев для определения ложного заявления об изнасиловании. Подводя итог, авторы статьи пишут об исследовании Ю. Канина следующее: «В общем, отсутствие какого-либо связного или систематизированного метода анализа, отсутствие четкого определения того, что представляет собой ложное заявление, и зависимость от классификаций, сделанных в полиции, которая использовала следственные процедуры, отвергнутые в настоящее время, – все это делает исследование Ю. Канина очень сомнительным».

Другой исследователь Ф. Рамни, который анализировал разные работы по статистике ложных заявлений об изнасиловании, вдобавок критикует методологические особенности проведения исследования Ю. Канина. Он также добавляет, что настоятельная просьба полицейских пройти допрос на детекторе лжи приводит к тому, что жертва ощущает себя подозреваемой следователями. Канин, к тому же, не указал в своей статье, какое количество человек согласились на такой допрос, а какое отказалось.

*) Kanin, E.J. False rape allegations.Archives of Sexual Behavior, 23, 81-91, 1994.

Многие участники МД (т.н. “Мужское движение” – это вот это вот; АТ) любят утверждать, что мужчины имеют высокий риск отправиться в тюрьму из-за ложного обвинения в изнасиловании. Однако в исследовании Д. Вайзер говорится, что лица, подающие ложные заявления об изнасиловании, только в 18% случаев назвали имя подозреваемого, при этом арест был произведен по отношению к 2,8% подозреваемых, а обвинено было только 0,9% подозреваемых. Исследовательница пишет о том, что в других работах по ложным заявлениям в изнасиловании авторы прослеживают схожую схему: ложное обвинение в изнасиловании направлено по отношению к незнакомому человеку; другие исследования также предполагают аналогичную схему, в которой случаи ложного сообщения, скорее всего, включают в себя незнакомца как преступника, и никто из подозреваемых не был назван предполагаемой жертвой. Л. Келли отмечает также, что в большинстве ложных обвинений в изнасиловании не указывается имя преступника, а обвинение направлено на незнакомого человека*. К. Лонсвей показывает, что ложные обвинения в изнасиловании обычно стараются максимально соответствовать общественным стереотипам о «настоящем изнасиловании», от чего преступник обычно в таких заявлениях является незнакомым человеком[42].

*) Kelly L. The (In)Credible Words of Women: False Allegations in European Rape Research, 16 Violence Against Women, 2010, p. 1346.

**) Lonsway, K. A. Trying to move the elephant in the living room: Responding to the challenge of false rape reports. Violence Against Women, 16, 2010, р. 1361.

Таким образом, можно сделать вывод, что именно мифы об изнасиловании, циркулирующие в нашем обществе, формируют мнение, согласно которому множество мужчин, обвиняемых в изнасиловании, являются оклеветанными; что в тюрьмах находится много мужчин, несправедливо посаженных за изнасилование.

~~~~~~~~~~~~

Я ещё опустила определение оговора – в профессиональных исследовательских работах (а большая часть ссылок ведёт именно на таковые!) это играет очень важную роль, но для неспециалистов это не столь важно. Важно что большинство авторитетных, посвятивших себя изучению проблемы, специалистов выдают оценки в районе нескольких процентов и есть лишь одна, причём критикуемая профессиональным сообществом, публикация с более высокой оценкой. Кроме того, данные о малой доле оговоров согласуются с указанным в предпоследнем абзаце – если уж оговаривают, то эффективность этого с точки зрения оговаривающей оказывается аховой, оговоренного признают виновным с вероятностью менее одного процента. Неудивительно, что оговоров мало в принципе: выигрыш от этого сомнителен, а затраты весьма велики.

Tagged . Bookmark the permalink.

One Response to EQUALITY – насколько часты ложные обвинения в изнасиловании?

  1. Gorrah says:

    Вот только тут есть нюанс. Как я понял, в данном тексте ложными признаются лишь те заявления, для которых доказана заведомая ложность. То есть, подозреваемый заведомо не совершал или даже не имел возможности совершить то, в чем его обвиняют. В это число не попали ни те заявления, когда просто не нашлось достаточно доказательств (но не была доказана заведомая ложность самого обвинения), ни, тем более, случаи, в которых ложное обвинение достигало своей цели.
    Кроме того, в статистике по числу подвергнутых аресту и получивших обвинения не вполне ясно, имеется в виду процент от числа обвиненных заведомо ложно, или от числа вообще всех обвиненных.
    Наконец, если мы включим, пока без количественной оценки, в общую картину случаи, когда обвинение было снято за недостатком доказательств или когда ложное обвинение достигло цели (т.е. человек был арестован и осужден за преступление, которого не совершал), то выводы в конце поста окажутся не столь бесспорными. Ведь они учитывают только те случаи, для которых доказана заведомая ложность.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *