Синдром нарушения целостности восприятия тела, добровольные ампутации и их приемлемость

На “Медузе” вышел очень большой и крутой материал Саши Сулим про людей с BIID – синдромом нарушения целостности восприятия собственного тела. Это крайне редкое расстройство, при котором человек начинает считать, что его/её тело нуждается в ампутации конечности. При этом речь не идёт о каких-то проявлениях шизофрении или иного тяжёлого заболевания – скорее уместна аналогия с гендерной дисфорией.

И этот материал ставит перед нами вопрос: а насколько далеко можно зайти в поддержке своего или чужого желания привести тело в соответствии с некой плохо понимаемой извне идентичностью? Сегодня мы считаем, что трансгендерам можно совершать переход, предполагающий как гормональную терапию, так и ряд операций – однако это только та аналогия, которая приходит на ум первой в силу своей очевидности. Вопрос “можно ли человеку менять своё тело странным с точки зрения окружающих образом” куда более масштабен и одними трансгендерными людьми вкупе с ваннаби он не ограничивается. Как минимум есть пластическая хирургия, которая в общем-то отличается только масштабами: если мы допускаем ломание ног с последующим их вытягиванием ради соответствия стандартам внешности, то где принципиальная грань с ампутацией той же ноги ради некой плохо формализуемого чувства внутренней идентичности?

Многие идут на диеты и усиленные тренировки, которые могут иметь столь же негативные последствия для здоровья, что и ампутация конечности. Практически весь большой спорт связан и с повышенным риском травм, и с постоянными повреждениями. Есть профессиональные заболевания и небезопасный труд. Есть, в конце концов, курение: в разы повышающее риск рака лёгких и риски преждевременной смертности от кучи других причин. Когда мы осуждаем тех, кто хочет самостоятельно отрезать себе ногу и одновременно закрываем глаза на нарушения техники безопасности при работе, непристёгнутые ремни безопасности и курение – мы не слишком-то рациональны. Я не пишу “неправильны”, но призываю задуматься – что на самом деле отталкивает в идее добровольно подвергнуть своё тело калечащему вмешательству?

С моей точки зрения, отношение людей к сохранению тела в целом довольно наплевательское. Есть совершенно обыденные и укоренившиеся в нашей культуре практики и традиции самоповреждения. При курении ущерб оказывается замаскирован отложенностью последствий, а сама практика оказывается встроена в социальные ритуалы и оправдана действием никотина: ровно то же самое, только в более экстремальной форме, можно видеть на примерах употребления инъекционных наркотиков от опиатов до жутких веществ вроде печально известного “крокодила” или толчёного коаксила (изначально неплохого антидепрессанта). Общество и государство сейчас осуждает наркотики, но, если уж пытаться рассуждать рационально, табак это тоже психоактивное вещество с большими побочными эффектами. Табак лишь появился раньше и успел прижиться в культуре: равно как и алкоголь, который в общем-то уносит больше жизней, чем MDMA, LSD, амфетамин и кокаин вместе взятые.

При нарушениях техники безопасности риск получения травм опять-таки оказывается либо вероятностен и отложен, как с раком лёгких при курении, либо уступает перед социальным давлением, которое требует “быть мужиком и эффективным работником”. Всё это описано ещё на примере французских фабричных рабочих в XIX веке, те тоже пренебрегали защитной одеждой и кожухами на приводных ремнях. В капиталистических отношениях, а равно в системе советского хозяйствования (вот недавно в архиве исторических снимков нашла характерный пример) готовность жертвовать своим телом во имя некоего дела становилась самоцелью – вопреки всяким рациональным соображениям и даже когда работодателям становилось невыгодно экономить на безопасности. А небрежение тревожными симптомами, доходящее до того, что люди, прекрасно осведомлённые о всех рисках, приходят на приём к онкологу с меланомой массой несколько килограмм, например? Когда нам кажется, что “обычные люди” себя не калечат, то это обманчивое впечатление.

Жертва телом “ради дела”, небрежение в слепой вере “само пройдёт” или ради сиюминутных ритуалов и небольших выгод считается в наши дни оправданной. Пластическая хирургия, покуда она меняет тело в сторону “идеала” – тоже вполне приемлема, хотя зачастую уже осуждается как “блажь”. Практика калечащих операций на женских гениталиях или ритуального шрамирования/выбивания зубов при обряде инициации, бинтование ног девочкам в Китае или сдавливание черепов детей у целого ряда разных народов – тоже существовали на протяжении тысяч лет, являя другой пример “калеченья в рамках нормы”.

Отдельно хочется проговорить и реакции типа той, что была высказана одним из читателей в чате “Медузы” с обсуждением материала (по правилам редакции чат самоуничтожается через сутки, так что ссылку, увы, не дам):

Я себя считаю прогрессивным человеком (иногда даже слишком), но за такое надо бить и героев статьи, и автора. Ни к чему не призываю, ничего не разжигаю.

Комментарий этот интересен тем, что, с одной стороны, автор прямо проговаривает свою неприязнь, а с другой стороны – неявно указывает, что терпимость к чужому выбору и чужой телесности это нечто прогрессивное, причём прогрессивность эта идёт извне. Это та самая модель “прогресс весь в Европе, но он нам не нужен”, которая встречается также у организаторов так и несостоявшегося “гетеросексуального байк-пробега против содомии”. С социально-культурной точки зрения действительно сдвиг, происходящий сейчас во всем мире, переход от традиционных обществ к промышленным и постиндустриальным, ровно про увеличение роли индивидуальности и личного в противовес внешней власти, будь то власть государства или следование обычаям рода (см. случай ультраконсервативных чеченских радикалов, угрожающих всей остальной диаспоре в Германии).

И хотя понятно, что пути назад уже нет, что даже известный своими антимодернисткими высказываниями Стерлигов все равно высказывается в блогах и соцсетях (ИМХО, превращая сам протест против современности в постмодернисткий перфоманс) — все равно находятся и будут находится такие вот примеры столкновения личной свободы, профессиональной этики врачей, законов и общественных стереотипов.

Tagged , , , . Bookmark the permalink.

3 Responses to Синдром нарушения целостности восприятия тела, добровольные ампутации и их приемлемость

  1. onanismous says:

    Я себя считаю прогрессивным человеком (иногда даже слишком), но за такое надо срал чтобы ты не гадить мне а мы значит торф и срать чтобы! Нет уж мы тоже срать чтобы не кулаки и я не гадить на вот и всё. Я хуесор чтобы срал а я ебал тебя чтобы ты не паши а мы гады ебал вас. Я тебя ебал гад. Я тебя ебал говна срать и всё. Я тебя ебал говна гадить срать мого. Я тега ебал срать мого говна. Я тега егал могол сдать и всё. Я тега егал сдаты мого. Я тега мого ега тега. Я тега могол тага мого. Я гега мого еда модо. Я тега мого тада мого. я тега мого тало водо тада. я дана мого ега водо тада.

  2. Shaelle says:

    А можно про французских рабочих XIX века поподробнее?

    • Alexa says:

      Конечно. Это в “Истории тела”, трёхтомнике, есть – когда появились первые фабрики, то там с техникой безопасности поначалу творился полный ад. Рабочие постоянно гибли в приводных ремнях, попадали во всякие механизмы и так далее. Ко второй половине XIX века стаа внедряться защитная одежда и кожуха на механизмах, но для старых рабочих пользоваться этим считалось западло. Потому что настоящий рабочий должен быть сильным, ловким и внимательным, а кто не соответствует, тот типа сам виноват.

      В современном виде это весь пласт историй про суровых челябинских мужиков и около.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *