Родитель. Хороший, плохой, трансгендерный.

Важная новость от самарской организации “Аверс”, занимающейся защитой прав ЛГБТ:

Сегодня в Самарской области произошёл новый прорыв по смене документов трансгендерным людям: судья Комсомольского районного суда города Тольятти Наталья Владимировна Мыльникова вынесла правомерное и важное решение: признала юридический факт смены пола трансгендерной женщиной, у которой есть несовершеннолетние дети.

Значительная часть (сейчас я вряд ли смогу найти адекватную статистику, но, по всей видимости, речь о десятках процентов) трансгендерных переходов делают люди уже вступившие в брак и имеющие семью. Часть этих случаев заканчивается распадом семьи, но иногда люди продолжают жить вместе.

А ещё это повод поговорить про часто задаваемый вопрос “как же дети?” в отношении ЛГБТ-родителей. На этот вопрос есть ответ как на основе исследований (которые пока не выявили каких-то особенных эффектов воспитания в однополых семьях и есть основания считать, что трансгендерность родителей вряд ли принципиально хуже/лучше), так и на основе “здравого смысла”.

Последний звучит так – я вот знаю несколько семей, дети в которых выросли с рядом психологических проблем. Это и семьи, где кто-то из родителей имел зависимость от алкоголя или психоактивных веществ, дети подвергались психологическому или физическому насилию или родители на редкость скандально разводились. Собственно, одних неплательщиков алиментов только в России свыше миллиона, это в разы больше числа трансженщин на всех стадиях перехода вместе взятых. Если вы меня спросите, что лучше для ребёнка, то я скажу что принимающая гормоны и собирающаяся делать вагинопластику папа явно лучше папы со справкой о зарплате в 6500 рублей (на должности главного бухгалтера) с вот такими письмами к маме:

“Бывший муж прислал” из сообщества “Мама знает всё” – часть первая. На момент написания поста и публикации этих скриншотов 70 рублей примерно равнялись 1 евро.

Про понятие “отпуск за свой счёт” папа не в курсе. Ну или в этой семье мама может работать удалённо – иначе на 5-6 болезней ребёнка придётся добавить стоимость пропущенных мамой дней на работе. А ещё иногда нужно обращаться к платным врачам, за вторым мнением или просто потому, что нужного специалиста в муниципальной поликлинике не окажется. Иногда нужно переделывать анализы – и это не 400 рублей за болезнь.

Пара детской обуви в ближайшем к моему дому магазине стоит от тысячи рублей (примерно 15 евро). Хватает на сезон, так как дети растут. Пара кроссовок Ecco со скидкой стоит 5999 рублей, у Adidas типичная цена на распродаже в Москве – в районе 3-4 тысяч. Детские леггинсы в “Декатлоне” – от нескольких сотен рублей. Шесть тысяч в год это очень оптимистичная оценка, хотя и возможная в случае удачного попадания в цепочку передачи вещей между родителями (например, многое достаётся от двоюродных братьев).

К слову, бассейн в Москве стоит 3200 в месяц. Подготовительные курсы к школе – 5500. Летний городской лагерь на две недели – 18000. Это цены из нашей практики; в других городах может быть дешевле, но все равно эти расходы не учитываются. Впрочем, я хочу сказать не то, что отцы-неплательщики алиментов это зло, а иное. В значительном числе семей отцы именно такие, даже если родители не разведены. В вполне “благополучной” семье бывают деятели, у которых ребёнок где-то на периферии сознания и которые не готовы в него вкладываться даже материально, не говоря уж об эмоциональной вовлечённости.

Бывают, разумеется, и весьма неприятные матери. Вот, пожалуйста, свежая подборка свидетельств выросших в токсичном окружении людей (Wonderzine). И я думаю, что опять-таки трансгендерность родителей на этом фоне не та проблема, чтобы всерьёз о ней думать людям, не имеющим к тем семьям непосредственного отношения.

Tagged , , . Bookmark the permalink.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *