«С моей божественной силой мы будем вместе навсегда» – от идеальной мамы к хентайным девайсам

Как я уже писала, меня очень интересует негетеронормативная мужская сексуальность. То есть всё, что не укладывается в стандартные представления вида “мужчина должен”; изучать её я пытаюсь на примерах того, что люди сами пишу и/или рисуют. Или и пишут, и рисуют одновременно – сегодня поговорим про вполне конкретные картинки. Разумеется, взрослого содержания, поэтому детям лучше показывать не надо, там никакой жести, но вопросы точно возникнут.

Примеры: от они до железной девы

Из треда в /d. Авторы подписи и рисунка неизвестны, кликабельно для увеличения.

Из треда в /d. Авторы подписи и рисунка неизвестны, кликабельно для увеличения.

Пара слов, кстати, о самом формате таких картинок. Это так называемые captions, подписи: часто кто-то берет уже готовую, нарисованную другими людьми, картинку и добавляет свой текст: как правило, историю или обращение изображенного персонажа. Сделать подпись технически намного проще, чем свой оригинальный рисунок, поэтому такая форма творчества весьма прижилась на хентайных имиджбордах, форумах, изначально ориентированных на обмен изображениями. Тут много чего можно сказать о текстуальности и визуальности, но я не буду отнимать хлеб у коллег со специальности “визуальные исследования” и перейду к гендерным аспектам.

Чем хорош текст? Асболютно чётко проговоренной идеей безусловной любви, вечной и всепоглощающей. Герой сделал одно движение – как-то (вероятно, вообще случайно) расколдовал старую керамическую статуэтку и та превратилась в они (), традиционное создание из японского фольклора. И не злобное, а, напротив, в виде сверхестественного существа, которое готово стать для героя всем: мамой, защитницей и любовницей. Которой вообще ничего не надо, только бы её дитя было счастливо. Это и благословение, и проклятие – поскольку выбраться из обьятий они вряд ли получится до конца жизни или даже вообще никогда, поскольку они защитит вообще от всего.

Разумеется, мало кто из реальных женщин согласится на подобные отношения – но картинка и не про это. Картинка про идею. Вот ещё пример, уже более агрессивный и менее близкий к человеку – про это я даже писала свою работу в курсе социологии пола:

Гигантская хентайная слизень. Поглотит героя, разумеется.

Гигантская хентайная слизень. Поглотит героя, разумеется. И покормит грудью в конце истории.

Вот и вовсе, кхм, устройство (и снова captions, много английского текста), живое, поглощающее и тоже, в общем-то, обеспечивающее абсолютную защиту – читайте последние строчки, там сказано что внутри можно находится едва ли не столетиями:

Хентайный вариант "железной девы" с тентаклями внутри. И не для женщин, а для мужчин.

Хентайный вариант “железной девы” с тентаклями внутри. И не для женщин, а для мужчин.

Оговорка, которую нужно сделать.

Напрашивающаяся (и неверная) трактовка этих картинок гласит, что мужчины в наше время утратили желание быть инициативными, что они не хотят что-то решать и хотят только найти себе вторую маму, которая бы взяла на себя все их проблемы. Однако это объяснение, порожденное “здравым смыслом” в худшем значении слова: оно, по сути, ничего и не объясняет, а лишь переформулирует то, что мы и так знали, в удобном для разделении мира на “своих” и “неправильных” виде. Да, кто-то находит подобные сюжеты возбуждающими потому, что хочет сбежать от своих проблем – но кто именно и в каких обстоятельствах?

Может, это напротив гиперинициативные люди? Может, это неоднородное множество людей? А может, это вообще возбуждает в первую очередь женщин, которые хотят ощутить власть над партнерами в той форме, которая вполне одобряется нашей культурой? Или, к примеру, люди видят тут свою Аниму, свою “девочку внутри” – мне вот, как гендерквир, когда-то являлись женские образы именно в роли сверхсилы, способной вытащить меня из любой сложной ситуации (и в итоге я сама стала этой сверхсилой)?

Строго говоря, мы не знаем. Я не знаю, что это такое: тут надо проводить отдельное кропотливое исследование. Археологи, которые давно знают про женские фигурки из камня или керамики, так называемые палеолитические Венеры, обычно не берутся однозначно определять значение: ну да, многие такие палеовенеры изображены беременными, у многих подчеркнуто большая вульва и огромные груди – но мы не знаем даже того, кто именно их делал, мужчины или женщины. То, что я пишу ниже, это, честно говоря, лишь догадка: догадка, которую я пытаюсь обосновать примерами, но которая может и не быть правдой.

Так что это значит?

Потребность в безусловной любви это то, что во многом определяет нашу сексуальную жизнь в целом. Сия мысль озвучивалась ещё Эрихом Фроммом, и проследить её можно практически во всех сюжетах, которые отходят от стандартизированного представления мужчины как человека, которому важно лишь перетрахать всё шевелящееся. Причём не только в хентае, хентай лишь просто интересен мне современностью; вот классика, которую читали все русскоговорящие взрослые с хотя бы минимальным литературным  образованием:

− Слушай беззвучие, − говорила Маргарита мастеру, и песок шуршал под ее босыми ногами, − слушай и наслаждайся тем, чего тебе не давали в жизни, − тишиной. Смотри, вон впереди твой вечный дом, который тебе дали в награду. Я уже вижу венецианское окно и вьющийся виноград, он подымается к самой крыше. Вот твой дом, вот твой вечный дом. Я знаю, что вечером к тебе придут те, кого ты любишь, кем ты интересуешься и кто тебя не встревожит.т к чему это всё приводит. Сначала мне встретилась девушка со значком “Называйте меня ОНА/ОН”. Это существо неясного пола еще и нам указывает, как его называть. Извращенцы пытаются диктовать нам свою волю. Необходимо запретить все э

Они будут тебе играть, они будут петь тебе, ты увидишь, какой свет в комнате, когда горят свечи. Ты будешь засыпать, надевши свой засаленный и вечный колпак, ты будешь засыпать с улыбкой на губах. Сон укрепит тебя, ты станешь рассуждать мудро. А прогнать меня ты уже не сумеешь. Беречь твой сон буду я.

Женщина, которая ради своего любовника с самим Сатаной свяжется, взлетит голая на метле и разгромит весь Дом Литераторов – по-моему, это тот же образ. Да, более проработанный, однако ключевые-то атрибуты на месте: сверхестественная (пусть и через иную сверхсилу) сила, безусловная любовь (про это есть в главе, где упоминается муж Маргариты) и готовность спасать мужчину. Замечу – мужчину, который не вписался в гетеронормативную матрицу, ведь Мастер не успешный писатель, не мачо, а ранимая душа, затравленная до психиатрической больницы, откуда его и забирают сверхестественные силы по просьбе Маргариты. Маргарита приходит, спасает при помощи сверхсил, и они уходят в безвременье, где она будет вечно его защищать: подходит? Подходит.

Открытый вопрос к читательницам: как вы считаете, Маргарита самостоятельный персонаж или нет? Она, с одной стороны, действует по своей инициативе, но, с другой стороны – всё ради Мастера. Главные герои, кроме неё – сплошь мужчины или мужского пола (Бегемот и Воланд включительно).

Можно вспомнить Kosheen – Hide U, можно найти ещё ряд примеров: но я вернусь к хентаю, поскольку меня интересует прежде всего сексуальность. К середине XX века мы оказались в мире, где мужская и женская сексуальность были определенным образом сконструированы – предполагалось, что мужчина воплощает все общечеловеческие качества вроде ума, силы физической, силы духа и самоорганизации, ну а женщина представляет собой нечто доброе, отзывчивое и вторичное. Это воплотилось и во взаимоотношении мужчин с женщинами, и в схеме воспитания детей – а ещё всем проехалось по мозгам идеями романтизма и концепцией интенсивного материнства.

Что такое идея романтизма? Это идея о том, что семья, союз мужчины и женщины, образуется по большой любви на всю жизнь (для традиционного общества, то есть для аграрной цивилизации – это вообще-то не так). А что такое интенсивное материнство? Идея про то, что женщина не просто воспитывает детей, а делает это основным занятием. Что опять-таки немыслимо для мира, в котором мать даже рожать могла в поле и где ни о каком времени на детей говорить не приходилось, никто не сидел с младенцем всё время и никто не читал вслух книжки, не водил в школу за руку, а уж про раннее развитие просто молчу. Идея заботливой и сфокусированной на ребёнке матери – продукт уже индустриальной эпохи, смотрите лекцию Ольги Исуповой, социолога и старшей научной сотрудницы Института демографии НИУ ВШЭ (транскрипт прилагается).

Романтизм – большая любовь. Интенсивное материнство – заботливая мать. А потом на это наложилось ещё крушение сложившейся гендерном модели, внезапно оказалось что мужественность-то старым способом определяется плохо, поскольку профессиональная сфера, публичная активность, доступ к знаниям – всё это больше не прерогатива мужчин. А ещё выяснилось, что мир вообще очень быстро меняется и требования дня вчерашнего сегодня уже неактуальны: например, уже на моей памяти профессия чертежников практически вымерла, исчезли целые отрасли промышленности, на постсоветском пространстве произошел переход от социализма к капитализму, в Британии закрылись угольные шахты, в США сократилось число рабочих вакансий – короче, мы оказались в эпоху перемен.

И тут – образ мамы. Вечной, сверхсильной, всегда любящей. То, что реальная стратегия воспитания предполагала зачастую как раз жесткие условия вида “не будешь отличником – пойдёшь в дворники” или “будешь скандалить – отдам вот тому милиционеру” – только способствовала популярности хентайных богинь, которые явятся из ниоткуда и полюбят просто так. Под действием идеи о том, что женщина есть всего лишь сексуальный объект идея Большой Мамы могла мутировать в слизня или даже металлический шкаф с щупальцами, но при этом усиливался и элемент опасности: мужчины – ну или хотя бы их подсознание – понимает, что сексуализация, вытесняющая всё личное, до добра не доводит.

Ещё эта идея в последние годы трансформировалась в направлении мамы-с-большим-членом, но про это как-нибудь потом. Эти картинки мы  успеем обсудить отдельно.

Tagged , , , . Bookmark the permalink.

3 Responses to «С моей божественной силой мы будем вместе навсегда» – от идеальной мамы к хентайным девайсам

  1. weaponer says:

    Кстати, почитай Preacher на досуге. Помимо того, что это охуенно крутой комикс с отличной историей, там есть такой интересный персонаж, производитель колбас, списанный с Росса Перо, пылающий страстью к гигантской женщине, сложенной из колбас из окороков. Особенно в минуты слабости.

  2. Pingback: Male milking – Alexa Project

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *